Я рассказала все, что наговорила мне кузина герцога, а тетушки не перебивали меня до самого конца.
- Миранда, ты понимаешь всю ответственность того, что ты решила сделать? – я знала, что Присцилла именно с этого и начнет.
- А что, по-вашему, я хочу сделать? – спросила я, хотя проницательность тетушки всегда удивляла меня.
- Ты хочешь привести ребенка певички в ваш с герцогом дом. Я права?
- Думаю Эммет не будет против. Почему тогда я должна противиться? – в этот момент я вдруг подумала, что могу быть неправа.
А если герцогу не нужен этот ребенок? Ведь если бы он хотел, то сразу бы озаботился его благополучием.
- Потому что в нашем обществе это не принято. Ты должна знать об этом, Миранда. Его светлость никогда не позволит незаконнорожденному ребенку жить рядом с его законными отпрысками. Это нонсенс!
Вот здесь могли быть проблемы. Если Эммет действительно живет по правилам общества, а я стану требовать привести девочку в семью, неизвестно, чем это закончится. С одной стороны я понимала, что не так просто пойти против всего мира, являясь ярким его образцом, а с другой стороны мне было непонятно поведение герцога.
Значит, плодить детей это нормально, на это общество закрывало глаза, а взять на себя ответственность – дурной тон. Двойные стандарты в действии.
- Я должна поговорить с ним, - сказала я, и Присцилла кивнула.
- Да, поговори с его светлостью. Такие решения не принимаются в одиночку.
Зато женщины из «Плюща и клевера» восприняли эту ситуацию совершенно по-другому.
- Разве можно спокойно жить, зная, что твое дитя, плоть от плоти твоей, нуждается? – возмущенно воскликнула Дейзи Фицпатрик. – Плевать на безмозглых аристократов!
- Ты права, Дейзи! – поддержала ее Барбара Брикс. Повернувшись ко мне, она добавила: - Леди Миранда, если герцог откажется от малышки, тогда и вы откажитесь от такого мужчины! Он не достоин, иметь такую супругу!
- Барбара, так нельзя! – миссис Пединстон недовольно взглянула на подругу. – Ты начинаешь осуждать человека, хотя он еще ничего не сделал!
- Конечно, я поговорю с герцогом, но не знаю, как поступлю, если он откажется от девочки, - честно сказала я.
– Но зато я знаю, что никогда не оставлю ребенка.
- А мы поддержим вас, леди Миранда! – горячо заверила меня Мария Фордсон. – Мне все равно, что скажут люди!
- Дорогая моя, «Плющу и клеверу» всегда было все равно на злые языки, - деловито произнесла Карэн, быстро хлопая ресницами. – Что они нам? Тряпки на ветру.
