— Да ладно уж, чего там притворяться — от конфедерации нашей одно название осталось, каждый сам за себя… — В Полисе даже уже вопросы задают. На вот, ознакомься, — сталкер вытащил из кармана сложенный газетный листок.
Артем видел такие газеты в Полисе. В одном переходе стоял лоток, где их можно было купить, но стоили они десять патронов за штуку, и платить столько за лист оберточной бумаги с плохо пропечатанными сплетнями он не стал. Мельник, похоже, патронов не считал.
Под гордым названием «Новости метро» на грубо обрезанном желтоватом листе ютились несколько небольших статей, одна из которых даже сопровождалась черно-белой фотографией.
Заголовок гласил «Загадочные исчезновения на Киевской продолжаются». — Живы еще курилки, печатают, — Антон осторожно взял в руки газету и разгладил ее. — Ладно, пойдем, покажу тебе твои боковые ответвления. Оставишь почитать?
Сталкер кивнул. Антон поднялся, посмотрел на своего сына и сказал ему: — Сейчас приду. Смотри, не шали тут без меня, — и, обернувшись к Артему, попросил, — присмотри за ним, будь другом…
Артему ничего не оставалось, как согласно кивнуть головой.
Как только его отец и сталкер отошли подальше, Олег вскочил, с озорным видом отнял у Артема коробочку, крикнул ему «Догоняй!» и бросился бежать к тупику. Вспомнив, что мальчишка теперь под его ответственностью, Артем виновато посмотрел на остальных дозорных, зажег фонарь, и пошел за Олегом.
Мальчик не стал исследовать полуразрушенное служебное помещение, как того опасался Артем. Он ждал его у самого завала.
— Смотри, чего сейчас будет! — сказал мальчишка.
Олег вскарабкался на камни, оказавшись на уровне исчезающих в завале труб. Потом он достал свою коробочку, приложил ее к трубе и завертел ручку. — Слушай! — восторженно предложил он."
"Труба загудела, резонируя, и словно вся наполнилась изнутри простой унылой мелодией, которую играла шкатулка. Мальчик припал ухом к трубе и как завороженный продолжал крутить ручку, извлекая из металлической коробочки звуки. На секунду он остановился, вслушиваясь, радостно улыбнулся, а потом спрыгнул с каменной груды и протянул шкатулку Артему: — На, сам попробуй!
Артем вполне мог себе представить, как изменится звук мелодии, пропущенный сквозь полый металл трубы.
Но глаза мальчишки так горели, что он решил не вести себя, как последний зануда. Приставив коробочку к трубе, он прижался к холодному железу ухом, и начал проворачивать рукоятку. Музыка загремела так громко, что он чуть не отдернул голову.
