Открыл шлагбаум заранее, и вскоре под металлическим брусом стал проползать кургузый самосвал, в кузове которого виднелись горки кирпича насыпью. По взмаху руки самосвал остановился, и брутальный Жора во все глаза уставился на красоток. А те и ждать не стали, пока за них слово молвят. Как и упрашивать не стали больше никого. По-хозяйски принялись влезать в кабину друг за дружкой.
Водитель подобрал наконец упавшую челюсть и заблажил:
– Конечно, я и с тремя справлюсь! Но тут у меня места нет на всех!
– Ничего, мы на коленках друг у друга посидим! – ответила ему Мария с улыбкой хищницы.
– Видишь? Все прекрасно поместились.
– Так ментяры на посту меня как пить дать тормознут!
– Когда с тобой рядом сидит дочь начальника полиции, можешь ни о чём не переживать. Поехали! – Видно было, что водитель сам поразился, когда всё-таки тронул самосвал с места и отправился в путь. А его уже прессовали дальше: – И сразу рассчитывай путь так, чтобы мы как можно быстрей добрались к «КамАЗу» твоего коллеги, как его?.
. А! Санька Летичный. Или его самого отыскали… Кстати, а ты сам откуда родом?..
Погоня за Эммой Гентлиц началась. Ну и попыткам определиться на местности это нисколько не мешало.
Глава 15
Сегменты мозаики
Сообразив, что происходит, Татьяна словно телекинезом выметнулась из постели и начала лихорадочно надевать халат. И не столько отвечала, как приговаривала поспешно:
– Какая тебе разница, как он меня любит и кто он… Вначале его надо успокоить. Убить не убьёт твоего «племянника», но по лицу точно настучит! – Уже поправляя растрепавшуюся причёску, потребовала от меня: – Ты лучше признайся, как тебя на самом деле зовут? Не стану же я отцу представлять тебя как Цезаря Бонапартовича.
Тогда он и тебя через окно выкинет.
Ну, я-то никого не боялся, но уходить от такой девушки со скандалом очень не хотелось. Тем более что мелькнувшее голое тело меня вновь воззвало на стезю продолжения рода человеческого. Усевшись на кровати и только чуть прикрываясь простыней, попытался пошутить:
– Представляй, как хочешь.
Хоть уменьшительно-ласкательным сокращением моего имени…
– Это как? – фыркнула она с сарказмом. – Цизя, что ли?
– О! Угадала!
– Кончай шутить! – уже всерьёз тревожилась Таня, вдевая ножки в пушистые тапочки. – Мой папка девяностые прошёл, как ледокол через море Лаптевых. Он и пристрелить может обидчика его дочери.
Опасно? Но мне очень не хотелось представляться своим настоящим именем.
