Подхожу к сейфу, интересуясь на ходу:
– Этот тоже курочить до состояния металлолома?
Теперь уже Вась-Вась не скрывает досады, лицо его корчится от негативных эмоций, и он выдавливает из себя:
– Скажу код…
Ну и куда бы он делся? Всё равно понимает, что вскрою, чихнуть не успею. Хорошо всё-таки быть авторитетным и уважаемым «сатанистом»! Всегда бы так шли мне навстречу в желании помочь – сколько времени сэкономили бы! Ну и здоровья некоторым, не без того…
Сейф оказался полон папочек с личными делами.
Отменно оформленные, с описанием всей биографии, с фотографиями, с отпечатками пальцев. Их я уже полистал, притворяясь вконец недоумевающим:
– А это что за морды? Никак та самая зарубежная резидентура?
– Нет, это все местные топтуны, стукачи и филеры, – ухмыльнулся полковник. – Причём дела давно минувших дней. Все раскрыты, провалены и больше на нас не работают. Но выкидывать такие папочки грех большой, потому я и сохранил на всякий случай.
– Ага! Тоже, значит, макулатура?
– Так получается.
– Добро! Теперь топаем в подвал! – распорядился я, возглавляя нашу куцую колонну. – Глянем, что там за подземный ход такой древний…
Внизу Планич настолько разволновался, что на лбу у него пот выступил:
– Вы уверены, что фугас не сработает?
– Абсолютно!
– И тоже будете ломать своим варварским способом?
– Несомненно!
– Хм… Тогда я, может, попробую подсказать, как открывать эту крышку? – заюлил хозяин дома. – Правда, я лично никогда не пользовался системой вскрытия, но случайно подслушал разговор обслуживающего техника с генералом…
– Отлично, дружище! – возрадовался я с искренним восторгом.
– Что же ты раньше не вспомнил-то? Давай!.. Подсказывай."
"Ну мне и пошли дельные подсказки. Ага! И крайне не дельные – тоже. Похоже, старый служака всё-таки вознамерился и сам погибнуть, и нас за собой на тот свет уволочь. Наивный. Я-то всю цепочку вначале выслушал, потом проверил «оком волхва» и легко обнаружил баллон с отравляющим газом, а чуть позже ещё одно взрывное устройство.
Небольшое по силе, но нам бы хватило. Или тем, кто по неосторожности на него нарвался бы.
Так что я вначале разминировал опасность и только затем нажал, где надо; потянул, что следовало; и притопнул, что торчало. Плита начала подниматься. Полковник посерел, явно прощаясь с жизнью, и закрыл глаза. А я преспокойно спустился вниз, оказавшись в просторном, идеально сухом подвале с несколькими стеллажами.
