Так ведь ещё в падении стали частить эрги’сами разной интенсивности и значения по двум присевшим мужским фигурам. А когда стали вскакивать на ноги в клубах пыли мелкой штукатурки, ещё и возмущаться начали вслух:"
"– Не падают!.. Стойкие, сволочи!.. На них Щиты?! Стреляем!..
И потянулись за огнестрельным оружием.
Но это они оказались все запылённые и плохо контролировали окружающую ситуацию. Тогда как я опознал их довольно быстро, выкрикивая в ответ их имена:
– Маша, Катя, Вера! Это я с Лёней! Стойте и не дёргайтесь! Тут и без вас есть в кого стрелять!
Ну да, из главной спальни с оружием наперевес уже мчались надзиратели, бдящие за семейством.
Но не успели они ещё и дверь открыть, как попадали, оглушённые нашими эрги’сами. А вот сигнал тревоги редиски успели подать со стопроцентной гарантией. Да и мы увидали чуть позже устройства, которые после инициации были оставлены на кровати.
То есть у нас времени оставалось совсем мало. Хотя и вполне достаточно для проведения вполне солидной и тщательной эвакуации.
Но первым делом я постарался успокоить самих заложников, пытающихся выглянуть из другой спальни:
– Дядя Семён! Тёть Рита! Всё нормально и всё под контролем. И Маша здесь с девочками. Только вы не увлекайтесь слезами!..
Последняя моя фраза пропала втуне. Мать с дочерью уже слились в объятиях, причитая, рыдая и заливаясь слезами. Ещё и двойняшки сырости добавили, обнимая с двух сторон источник бессвязных бормотаний и внося свою лепту в виде таких же бессмысленных причитаний и поспешных объяснений.
Пришлось обращаться к мужчине:
– Ну хоть вы, Семён Владиленович, ведите себя адекватно! – Ещё и по плечу мужика основательно похлопал, приводя его в рабочее состояние. – У нас минут пять, может, чуть больше. Собирайте всё самое ценное и памятное для семьи, начнём немедленную эвакуацию в другое место. Тяжесть – любая. Габариты – такие вот! – я показал руками. – Всё будем проталкивать в портал.
Это такая дырка-дверь в иной мир. И не стойте! Шевелимся, шевелимся! Лёнь, и ты помогай сносить выбранные вещи к кладовке!
Затем пришла очередь растаскивать и приструнивать женщин. Не понимая, как это сделать, я два раза обошёл эту стрекочущую и всхлипывающую группку. Они-то меня видели, косились глазами, особенно подруги. Двойняшки даже попытались улыбаться. Из чего делался вывод: надо их просто чем-то суровым пугнуть или воодушевить.
