Но это мы выясним, когда машину захватим.
Лучший вариант, бесспорно. Тем более что время стремительно утекало, наступали сумерки."
"И мы, опять скрипя зубами, двойным переходом оказались в посёлке, куда и проезжали вышеупомянутые машины. Жителей там проживало с гулькин нос, зато небольшая воинская часть попросту охраняла громадный склад и хранилище ГСМ. И тут службу несли срочники, спустя рукава и наплевав на все уставы. На двух пацанов лет десяти никто не обращал внимания. И уж точно ни один вояка не заметил остающиеся после нас в пыли отпечатки ботинок взрослых перегруженных мужчин.
А мы сразу разделились: я остался охранять портал, а Лёня подался к «пирожку» марки «Рено», где и стал нагло приставать с расспросами к нескольким мужчинам. Один был в форме прапорщика, второй сержант. Причём сержант выглядел несколько староватым для солдата срочной службы и вооружённым не по чину, с пистолетом на ремне. Ну и два типа – вроде как гражданские. Сторожа или как? Или водители?
Сидели они все в какой-то каптёрке при складе, за накрытым столом с бутылкой и скромной закуской.
Видать, отмечали конец рабочего дня. Ну и зависли неплохо после странного вопроса от странного мальчика:
– Дяденьки, кто из вас последним в бункер ездил?
– Ну я… – промычал один из гражданских.
– А меня туда сейчас не подвезёте?
– Мм?.. Не понял…
– Папа меня внутри ждет. Его там в заложниках держат.
Но если трое продолжали глядеть в недоумении, то сержант положил руку на кобуру с пистолетом. Из чего сразу стало понятно, что он тут самый информированный.
Вот его мой товарищ только парализовал, тогда как его собутыльников – усыпил. И я прекрасно слышал по нашим переговорным устройствам, как он приступил к экспресс-допросу.
Получалось у него великолепно. Да и пленник не кочевряжился. Всё-таки ощущать себя неподвижным, не видя пут, не каждый выдержит такое испытание психики.
Сведения внушали оптимизм. Внутри бункера – восемнадцать военных специального назначения. Все они как бы охраняют сам объект и ещё одиннадцать арестантов.
Общаться с арестованными запрещено, еда и напитки им подаются в специальный желоб, задвигающийся в стену. Находятся эти люди в двух общих камерах и разделены только по половым признакам. Кто они и по какой причине здесь, вояки не знают. Просто тупо исполняют приказы. Право на вход в камеры имеют только некие лица из начальства, которые могут приехать в любое время дня и ночи. Ни Бета, ни Зета в списки этого начальства не входили.
