А то, извините, Алексей Николаич, он и вам бока намнет, хе-хе…
Лыков подумал: хорошо бы встретиться с благородным разбойником и помериться с ним силой. А то закис статский советник, давно не махал кулаками. Но говорить об этом рязанцу он не стал…
Сыскные в партикулярном платье начали делать негласные обходы меблирашек и постоялых дворов. Благо в Рязани тех и других было не так много. На обоих вокзалах тоже дежурили полицейские – вдруг ребята захотят удрать? Фотопортрета Егора Князева, а тем более его сообщников, у них не было, только описание примет.
Их довели до каждого городового. Но день шел за днем, а убийцы не попадались.
Тут еще полиции подкинули новое поручение – как будто прежних было мало. К доктору Дрейлингу явилась на прием крестьянка деревни Стойково Спасского уезда Анна Лупина. Она приехала в город за покупками и остановилась в гостинице женского Казанского монастыря. Больная жаловалась на боли в руке, покрывшейся узелковыми волдырями. Врач диагностировал проказу! Услышав это, крестьянка бесследно скрылась.
На ее поиски бросили весь состав наружной и сыскной полиции, но безуспешно…
Глава 8
Прощание с Рязанью"
"Алексей Николаевич начал нервничать. Январь подходил к концу – сколько ему еще позволят заниматься в чужом городе не своим делом? Приезд Брюна в столицу оттягивался, Белецкому было не до Лыкова, но когда-нибудь лафа закончится. И что? Оставить негодяя безнаказанным? Но сыщик на государственной службе и не выбирает себе заданий, это делает начальство.
Вызвать на подмогу Азвестопуло, пока директор не сменился? Но что Сергей сделает такого особенного, чего не могут люди Баулина?
Командированный решил взять день отдыха. Он обложился газетами, обставился пивом и принялся изучать накопившиеся новости.
Высочайшим повелением был наконец установлен общий для полиции империи годовой праздник – 5 октября, во имя святителя Алексия, митрополита Московского. Ну вот и у Лыкова появился свой профессиональный повод выпить…
В Петербургском Военно-окружном суде рассматривалось дело корнета Донэ.
Тот в состоянии запальчивости и раздражения убил нижнего чина, причем с превышением необходимой обороны. Все ждали для корнета арестантских отделений с лишением прав состояния. Но суд приговорил его к трем месяцам содержания даже не в крепости, а на гауптвахте!
А просто Окружный суд столицы лишил врача Руднева права на врачебную практику за продажу шарлатанского средства – электрического пояса.
