Она совсем вымоталась и нуждается в отдыхе, чтобы решать вопросы с похоронами. Отойдя достаточно далеко, достаю телефон и звоню Бутчу.
— Йоу, — говорит он, и на заднем фоне я слышу тяжелые биты танцевальной музыки. Он, наверно, в каком-то баре.
— Мне нужно, чтобы ты понаблюдал за моим домом в течение часа.
— Уже еду, — на том конце линии становится тихо, и я знаю, что он скоро появится здесь, не задавая вопросов.
Я запрыгиваю на мотоцикл и запускаю двигатель. Направляюсь через город, и знание того, что Бутч присмотрит, чтобы ни один жук не появился рядом с моей девочкой, пока меня нет, немного успокаивает.
Я сразу понял, что что-то не так. Это началось еще в больнице, когда доктора задавали все свои вопросы Пенелопе и Лоу, пока их отец молча стоял в стороне. Я был немного удивлен, что он вообще показался в больнице, хотя как бы это выглядело со стороны, если бы мэр не появился? Он делал все, чтобы хорошо выглядеть в глазах публики. Он отлично скрывал все то дерьмо, которым покрыт.
Я не уделял много внимания мэру до этого момента, потому что для этого не было причины.
Пока он оставался вдалеке от меня, мне было все равно. Я часто задавался вопросом, как он был избран, но простым ответом были деньги, и сейчас я задаюсь вопросом, есть ли они у него. Я знаю, что он вошел в семью Пенелопы, но не знаю, насколько сильно он все контролирует. И начинаю подозревать, что никакого права и контроля у него особо нет.
Тот факт, что он заставляет Пенелопу выйти замуж за Скотта — человека, который является его правой рукой, — сейчас начинает обретать смысл.
Я не понимал, почему он был так настойчив в этом вопросе, что даже угрожал собственной дочери. Я, конечно, могу понять, что такой мужик, как он, не хочет, чтобы она связывалась с местным механиком-нищебродом, но подталкивать ее к замужеству с определенным человеком было бы старомодно, если только он не нуждался в контроле над ней. Кажется, он делал это и с бабушкой Пенелопы до определенного момента. У меня такое ощущение, что какие-то вещи выплывут на свет очень скоро.
Добравшись до дома Тэмми, барабаню в дверь, и мне все равно, насколько это громко. Знаю, что Скотт внутри, его машина припаркована на ее подъездной дорожке. Я также знаю, кто звонил вчера ночью моей девочке, и это была именно Тэмми. Мне похер, что она женщина. Я похороню ее рядом с мэром и Скоттом. Я набрал тот номер на своем телефоне и, когда она подняла трубку, узнал ее голос. Просто сбросил звонок, и еще одна часть головоломки встала на место.
