— Заберём всё сегодня, — я встал из-за стола и посмотрел на главаря наёмников, — Говоришь, не боишься боли? Так у меня для тебя сюрприз.
Воля скомкала энергии и эфир в единый комок, и я взмахнул рукой.
Глава 22
Заклинание оглушения скользнуло с пальцев, и командир наёмников уснул. Отрубился, несмотря на боль от кинжала в плече.
— Так, но минут пятнадцать проспит, — заключил я, обращаясь к слугам, — пойдёмте на улицу.
Во дворе базы я осмотрел учинённый мной погром. Во время боя как-то не до того было, а тут, обрушенные стены бараков, и взрытая воронками земля бросились в глаза.
Где-то обвалилась крыша, местами поднимались клубы дыма. Всюду валялись тела противников.
— Одно удовольствие воевать вот так, — протянул Василий из-за моего плеча, — никогда ещё не брал базу так быстро и с таким шикарным результатом.
— Да? — поморщился я, не находя ничего восторженного в увиденном.
Слабость уже надоела. Вот, что это такое? Воронка? Тут котлован должен быть от удара молотом, а вместо дыма вздыматься стена пламени, да сверкать стеклом оплавленная земля.
— Ну, да, — неуверенно ответил Василий, а я пропустил его слова мимо ушей.
Да узнай хоть кто-то из древних магов, что это сейчас мой максимум — засмеяли бы. Нет, срочно надо усиливаться. Срочно.
Задрал рукав пальто и поднёс к лицу «часы», на самом деле это Грамматофор Гермеса. Артефакт связи.
— Старик, нужна помощь, — произнёс я в циферблат из кварца.
В белесом кружке образовалась красная дымка, и тут же растворилась, являя мне лицо Харона.
— Чего тебе, Кириллос? — буркнул он, недовольно дёргая себя за бороду, а за его спиной, в темноте Аида, угадывалась массивная фигура, от которой доносилось слабое хоровое пение.
— Да тут, понимаешь, — я усмехнулся, пытаясь подобрать нужные слова, а потом плюнул, и вывалил, как есть: — взял на копьё военный лагерь, нужно добычу схоронить, а не куда. Дай, думаю, тебе в сарай закину временно. Лодки-то нет, всё равно простаивает.
Я предвидел, что Харон рассердится. Выдаст свою коронную, хмурую ухмылку. Начнёт ругаться. Потому я приготовился к бурной торговле и долгим уговорам, но того, что произошло дальше, я не ожидал.
— Да не в опрос, — желтозубо оскалился Харон, словно Керра, почуявшая свежую кровь, — а тел много?
— Тел? — не понял я.
— Да, тел, — закивал Харон, — ты же убил всех воинов в том лагере, так?
— Ну, да, — протянул я.
