Второй, судя по сдержанной манере поведения, был, по-видимому, подчиненным и имел необычную для арабов прическу. Впечатление усиливали плоский нос и телодвижения опытного боксера. Если бы не арабский язык, этого человека можно было бы принять за коротко остриженного техасца из индейцев.
Они говорили приглушенно и неторопливо. Беседа шла между ними двумя, к фотографу они не обращались. Некоторые жесты, особенно у второго, выглядели агрессивно, как будто он хотел кого-то нокаутировать, после чего оба каждый раз смеялись.
Когда внезапный луч света ярко осветил лица обоих мужчин, Хоан остановил видео, вынул собственный мобильник и сфотографировал лица вплотную к экрану.
Их взгляды были спокойными и холодными. «Совсем скоро один из этих двоих перережет горло приговоренному к смерти человеку, – с ужасом подумал Хоан. – А сейчас этот бедняга стоит, ничего не подозревая, и смотрит из своего окна».
Хоан опять запустил видео, внимательно вслушиваясь, что они говорят друг другу. Может быть, проскочит какое-нибудь слово, которое он поймет.
Сосредоточившись на этом, Хоан полностью отключился от окружающего мира. Отрывистая, лающая речь, так непохожая на его родной мягкий язык. Как можно выражать смысл, чувства и великие идеи на таком языке, непонятно. И тут Хоан услышал, как коротко остриженный мужчина назвал второго. Хоан отчетливо расслышал это имя, и тем не менее, чтобы быть совершенно уверенным, он прокрутил видео еще пару раз. Нет, сомнений не было.
Имя было Галиб.
Задержав дыхание, он снова поставил видео на паузу.
Неужели этот человек – тот самый с большой бородой с пляжа в Айя-Напе? Тот самый кукловод, который решал судьбы людей? Который убил старую женщину? Власть которого была так велика, что проникала даже в лагерь беженцев? Человек, который уничтожал все, что стояло у него на пути?
В таком случае Хоану его надо было бояться больше, чем кого бы то ни было.
Хоан оторвал взгляд от телефона, когда его внимание привлекала мигалка с синими огнями. Полицейская патрульная машина практически бесшумно остановилась перед домом, где медленно стыл труп Бернда Якоба Варберга.
Хоан еще раз посмотрел на фотографию убийцы с холодными глазами. Этот человек был сейчас на свободе."
"Немного подумав, Хоан принял решение и переслал файл. Потом написал несколько слов в «гугл-переводчик», повторил про себя несколько раз, встал, перешел через улицу к двум одетым в зеленое полицейским, которые вышли из машины и надевали фуражки.
