Мы же не можем на этом остановиться? Но ты не волнуйся, Хоан, можешь не возвращать остаток полученных денег, это твоя награда за боль и страдания.
– Эй, повтори-ка! Кто будет писать и про что? Ведь это моя история. У меня собственные источники, я вплотную подобрался к Галибу, я общаюсь с немецкой разведкой, я знаю, как все это начиналось…
– Да, но мы подходим к делу с другой стороны, Хоан. Тема становится более общей и, соответственно, более теоретической. Требуется больше анализа, чем репортажа, так сказать. Нам надо заполнять страницы материалом каждый день, а ты стал для нас слишком нестабильным.
Это элементарная арифметика, Хоан. Лучше небольшие продажи каждый день, чем большие, но изредка. Непрерывность, Хоан, вот на чем базируется «Орес дель диа».
Хоан проглотил комок в горле. Его штатная должность, флирт с женщинами в «Xup, xup», безбедное существование популярного журналиста – все пошло прахом.
– Может быть, ты заработаешь несколько монет в других местах. Во всяком случае, несколько тупых датских полицейских очень хотят с тобой встретиться, это я должна тебе сообщить.
Она положила трубку, а Хоан остался сидеть как парализованный. Какие-то другие люди пойдут по его стопам. Но какой в этом смысл, если они не смогут выйти на Галиба? И какой в этом смысл, если они сами никогда не видели жертву двадцать один семнадцать? Никакого.
А может быть, с газетой связались люди Герберта Вебера? Неужели такая низость? В таком случае он позаботится о том, чтобы эта мерзкая тварь Монтсе Виго поседела, даже если ему придется перебраться ради этого в мадридскую газету.
Он попробовал перекинуть ноги через край кровати и встать, но и в этот раз ничего не вышло. Ноги были слишком тяжелыми, тело – слишком слабым, затылок болел.
Тяжело дыша, Хоан упал на подушки и уставился в потолок. Так вот почему они отняли у него работу. Они не могли дождаться, когда он поправится, и избавились от него. Было от чего плакать.
Но зачем он потребовался датским полицейским? Дания? Он не был знаком ни с одним датчанином, он вообще ни черта не знал об этой стране, не считая того, что, по утверждению некоторых, датчане были самыми счастливыми людьми в мире.
Хоан чуть не рассмеялся от этой мысли, но тут вошла уже известная ему смуглая медсестра в сопровождении такого же смуглого врача в халате, с серьезным выражением лица.
Что это? Плохие новости? Он схватился за затылок.
– К нам пришел врач, который представляет страховое общество Deutsche Bahn, господин Айгуадэр.
