Теперь оставалось только перевести звуковую часть, но сделать это надо так, чтобы переводчик не имел никакого понятия об общей ситуации.
22
Карл
Чтобы угадать, что ее зовут Роза, достаточно было взглянуть на ее щеки и шею. Сейчас она горела праведным гневом, и, если бы Роза была боксером, можно было бы с выгодой поставить на ее победу все свои деньги. Конечно, Карл знал ее взрывной характер по работе в прежние времена, вопреки ожиданиям, она не стала мягче после длительного отсутствия.
– Черт возьми, ну насколько же несимпатичная эта ведьма, главный редактор «Орес дель диа».
Думаю, мне как женщине позволительно называть другую женщину грязной свиньей.
– Так что же она сказала? – спросил Карл.
– Она польщена, что ее газета сумела дать толчок важным событиям в мире, но она всегда будет защищать свои источники и своих сотрудников, и никчемная полиция в такой никчемной стране, как Дания, не сможет сдвинуть ее с этой точки зрения ни на йоту.
«Никчемная», так она сказала? Лучше бы она этого не говорила. Может быть, она вообразила себя главным редактором «Вашингтон пост»?
– Ты объяснила, зачем нам нужно найти журналиста?
– Детали о ситуации Асада и о женщинах не упоминала.
Но она нагло заявила, мол, рада слышать, что их история имела интересное продолжение и что она должна развиваться, как ей и положено. Они зарабатывают на этом.
– Весьма неэтично, – сказал Гордон.
Неэтично! Точное определение.
– Значит, у нас нет сведений об этом журналисте! Но ведь у газеты есть, наверное, страница в интернете, где о нем говорится?
– Хоан Айгуадэр – внештатный сотрудник, его там нет.
Я, конечно, проверила по всем поисковым системам, но боюсь, что это ничего не даст. Насколько я могу судить, у него в последнее время не было даже собственного постоянного адреса в Барселоне.
– Гм! Последняя статья связана с убийством в Мюнхене. Значит, следующим шагом будет запрос в местную полицию. Ведь кто-то должен что-нибудь знать о его местопребывании и действиях.
Роза посмотрела на него с легким презрением:"
"– Это я уже сделала, и они категорически отказались отвечать.
Они ничего не знают о местопребывании Хоана Айгуадэра, так мне ответили.
Карл сдвинул брови:
– Ты сама понимаешь, что в это трудно поверить, правда?
– Я так им и сказала.
В коридоре раздался шум, вернулся Асад.
– Ты опять говорил с Самиром? – спросил Карл.
Асад кивнул.
– Что он сказал? Он успокоился?
Ответ можно было прочитать по его скривившимся губам.
– Да, но он по-прежнему очень обеспокоен.
