— Ты! — истерично завопила замогильным голосом призрачная дама, поднимаясь с кровати и тыкая в Михаила Петровича дрожащим пальцем. — Это был ты! Ты! — Выдав эту осуждающую тираду, она взмыла в воздух и в следующий миг исчезла.
Бедный Михаил Петрович был ни жив ни мертв. Он прислонился к стене и схватился за сердце. Глаза его выкатились из орбит, и он жадно хватал губами воздух, словно рыба, выброшенная на берег.
— Альберт! — громко крикнул я. — Мой магический кристалл пятнадцатого уровня! Живо!
Подставив Михаилу Петровичу плечо, я завел его в красную комнату и уложил на кровать.
— Князь, успокойтесь, дышите глубже. Смотрите мне в глаза и слушайте только мой голос. Вдох… выдох… Вот так. Еще раз. Ваше сердце начинает биться ровно. Мысли успокаиваются. Дыхание выравнивается. Вдох… выдох…
В конечном итоге небольшой сеанс гипноза и стимуляция сердечной мышцы с помощью потока маны и жизненной силы, пропущенных через принесенный Альбертом кристалл, вернули генерал-губернатора к жизни.
— Михаил Петрович, дорогой мой! — промолвил я, участливо глядя на князя Зубова.
— Да если б я знал, что вы так отреагируете, то ни в жизнь бы вас сюда не привел. Скажите только слово, и через пять минут здесь будет доктор Боткин.
— Не знаю, что вы со мной сделали, князь, — ответил генерал-губернатор, поднимаясь с кровати, — но я чувствую себя великолепно."
"«Еще бы ты не чувствовал себя великолепно, старый осел!» — подумал я про себя. — «Я же только что влил в тебя кучу своей жизненной силы. Хорошо, я заранее подготовился к этому варианту развития событий, жалкая ты инфузория!»
Мне совсем не хотелось, чтобы князь Зубов так быстро расстался с жизнью, да еще и у меня в особняке.
Он еще должен пожить и помучаться.
— Рад это слышать, князь, — с громким вздохом облегчения ответил я. — Пойдемте же скорее отсюда. Нам нужно срочно убраться из этой дьявольской комнаты. В гостиной нас ждет вино, а потом, если вы будете хорошо себя чувствовать, можно садиться за стол. Елизавета Михайловна будет с минуты на минуту.
Мы вышли в коридор и направились в сторону площадки третьего этажа. Генерал-губернатор выглядел действительно довольно бодро. Но при этом был весьма задумчив и молчалив.
— Как вам кажется, князь, что имела в виду эта спятившая призрачная дама? — с подозрением глянув в мою сторону, спросил он.
— Вы это о чем, Михаил Петрович? — равнодушно спросил я. — Если о том, как она кричала «ты!» и тыкала в вас пальцем, то это сущие пустяки, ей богу.
