А от вашего имения до границы нашего надела, за которой уже начинаются дикие земли, еще примерно двадцать километров по прямой. Граница проходит здесь, в месте сближения Зая и Мензели, от Заинского озера на восток.
— А кто владеет соседними наделами? — с интересом разглядывая карту, спросил я."
"— На востоке — земли графа Волкова. Очень большой и богатый надел, тянущийся на сто пятьдесят километров до слияния Волги и Камы, — показывал на карте Горин. — А на западе, сопоставимый с нашим, надел графа Рогожина. Он тянется до реки Белой.
Глубина у всех наделов примерно одинаковая — пятьдесят-шестьдесят километров.
— Ясно. После переправы на пути до имения стоит ждать каких-нибудь сюрпризов?
Ярцев с Гориным молча переглянулись и, как мне показалось, немного замешкались.
— Господа, прошу вас ничего от меня не утаивать, — решительно сказал я, окинув быстрым взглядом собеседников. — Теперь я должен быть в курсе всех дел.
— Дело в том, что граф Волков уже давно положил глаз на ваши земли, — нахмурившись, произнес Ярцев.
— До этого ему удалось захватить надел барона Пичугина, который раньше был нашим соседом. Теперь он нацелился на наш. Его люди часто заезжают в Трофимово и ведут себя там, мягко говоря, по-свински. Да и вообще они любят колесить по нашим землям.
— Но это же нарушение закона о неприкосновенности дворянских земельных наделов! — воскликнул я, еле сдержавшись, чтобы не садануть рукой по столу. — Если в поселок им еще можно ездить, по строго отведенной для этого дороге, то в других местах появляться запрещено, или я что-то не так понимаю?
— Так-то оно так, ваше сиятельство, — ответил на этот раз Ярцев, разведя руками.
— Но никто их так за руку и не поймал. У Степана Ивановича, командира гарнизона, бойцов еле хватает, чтобы удерживать границу, а на поддержание порядка в Трофимово, а уж тем более на патрулирование собственных земель сил просто нет.
— Ясно, — хмуро ответил я и ненадолго задумался. — А что именно они вытворяют в Трофимово? Конкретные жалобы от населения поступали?
— Могут поесть в кафе и не заплатить.
То же самое касается и походов по магазинам. К этому можно добавить систематическое запугивание жителей Трофимово, мордобой, моральные унижения, — продолжал Ярцев. — Но это еще цветочки. Несколько жительниц поселка обвиняли людей графа Волкова в изнасиловании. Приезжали представители имперского комендатуры, провели поверхностное расследование, даже вроде бы кого-то из тех отморозков на пару недель посадили под замок.
