Моя задача была проста: смотреть на нее с выражением убитого наповал самца, стараясь, чтобы взгляд не выходил за пределы треугольника, вершинами которого были ее глаза и вылезающая из декольте грудь. Малейшая расфокусировка зрения или перевод взора на ее левую руку могли бы сразу ее насторожить.
Как нас учили в академии, фактор внезапности может кардинально изменить ситуацию на поле боя и дезорганизовать противника, что существенно увеличит шансы нанести ему поражение даже при недостатке сил и средств. Тактика проводницы была топорной и прямолинейной: парализовать меня своей убийственной красотой, а затем, проходя мимо, вонзить спрятанный в левой руке инжектор с ядом мне в тело.
Но, как только до меня оставалось всего лишь какие-то пара шагов, я сделал то, чего от меня меньше всего ожидали: отошел от окна к двери купе, чтобы пропустить незадачливую киллершу.
Совершив этот маневр, я добился сразу нескольких целей: ушел с линии атаки и встал лицом к проводнице, что повышало мои возможности к отражению нападения.
Самым оптимальным решением для убийственной красотки сейчас было бы просто пройти мимо. Но заранее познакомившись с ее нестабильной психикой, я был уверен, что она попытается во что бы то ни стало довести дело до конца. И в этом я нисколько не ошибся.
Поравнявшись со мной, проводница остановилась и медленно повернулась ко мне, не сводя с меня похотливого взгляда. Я завороженно смотрел ей прямо в глаза, пытаясь показать, что я сражен ее напором и страстью. И вот ее левая рука стремительно дернулась из-за спины.
Я был уже готов к этому маневру. Моя правая рука перехватила ее запястье и чуть скорректировала линию атаки, направив инжектор прямиком убийце в бедро. Глаза проводницы резко расширились, а лицо исказила гримаса бешенства.
— Ах ты мерзкий суч… — только и успела процедить она, пока нервно-паралитическая смесь не сделала свое дело.
Я подхватил обмякшее тело левой рукой, а правой открыл дверь купе. Быстро затащив умирающую проводницу внутрь, я уложил ее на один из диванов, выдернул из сведенных судорогой пальцев инжектор и выбросил его в приоткрытое окно.
Затем протер ручки двери, убирая свои отпечатки и, оставив купе немного приоткрытым, быстро пошел в сторону вагона-ресторана. Выйдя в тамбур, я увидел одного из амбалов, нервно поглядывающего в окошко следующего вагона.
— Гражданин, вы ведь из этого вагона? — с деланным испугом в голосе спросил я. — Там женщине в купе плохо. Я видел, что при посадке вы как раз туда с другом заходили.
