Владение Эльсанны и его окрестности"
"Гандхарв скрылся за горизонтом, Ракшас еще не взошел, и поэтому в пустыне царила душная вязкая тьма. Песок и камни, впитавшие дневной жар, медленно остывали, и это сопровождалось шелестом и потрескиванием, казавшимися голосами тысяч и тысяч потерянных душ. Возможно, эта иллюзия была не столь уж невероятной; если когда-то Равану населяли зверолюди, то под слоем песка могли сохраниться развалины их поселений, орудия, предметы быта и, разумеется, могилы. Сколько лет прошло с тех пор? Об этом стоило бы расспросить Первого Регистратора, но разговор с ним был слишком кратким и посвященным более важной проблеме.
Археологи, которые скоро появятся здесь, выяснят возраст костей и руин, и это позволит датировать эру даскинов. Хотя, в определенном смысле, их эпоха не закончилась; они все еще были здесь и повсюду, затаившись в миллиардных толпах биороботов.
Осознание этого факта потрясло Тревельяна. Он ехал по темной мрачной пустыне, покачиваясь на спине скакуна, и пытался совладать с волнением.
Но, вероятно, уровень стресса все же был не очень высок, и медимплант, сочтя его естественным человеческим чувством, не отозвался дозой успокоительного. Оно и к лучшему, есть ситуации, когда человеку стоит поволноваться.
Колокольчики на рогах трафора зазвенели, потом раздался его бархатный голос:
– Мне кажется, эмиссар, что вы возбуждены.
– Еще бы! – сказал Тревельян.
– Как тонко чувствующее создание, я ощущаю струйку ваших ментальных флюидов.
– Рад за тебя, дружок.
– Ваши эмоции носят характер радостного изумления.
– Хмм… Пожалуй, так.
Голос трафора стал совсем уж вкрадчивым:
– Насколько мне известно, людям присуща особая форма снятия возбуждения.
– Это ты о чем?
– Не о том, что вы подумали. Я имею в виду не физиологический аспект, а интеллектуальный, то есть обмен мнениями. Не желаете ли поделиться со мной?
«И правда, – подумал Ивар, – поделиться очень хочется. Был бы тут дед, было бы с кем потолковать и, как заметил Мозг, обменяться мнениями».
Но дед далеко, и когда они встретятся, ведают лишь Владыки Пустоты… Он знал, что никому не расскажет про даскина и их разговор – во всяком случае, ни одной живой душе.
Вздохнув, Тревельян промолвил:
– Ты хитрец и любопытник. Но должен заметить, что человеческую природу ты постиг.
– Это комплимент?
– Да, если тебе угодно. Скажи, что ты видел, оставшись в первом подземелье?
– Вас, эмиссар, в течение двухсот двадцати с половиной секунд.
