Вот окажусь в своей маленькой комнатушке, лягу на кровать и накроюсь одеялом с головой, а там уж дам волю своему горю. Пусть выплескивается через край сколько хочет. А пока — я сама скала и мне все нипочем.
— Ну и правильно, в общем-то. Он себе еще локти кусать будет, когда поймет кого потерял.
— Да плевать мне на локти Сечина. И на него самого мне тоже плевать, — фыркнула я и тут же скривилась, понимая, что только что выдала абсолютную ложь.
Но, как бы там ни было, я для себя решила, что Егора в моей жизни больше нет и не будет.
Пошел он к черту! Нравлюсь я ему, видите ли. Очевидно, его жаркие симпатии дольше одного дня не длятся.
Таракан!
— Мне-то хоть не ври, — встала как вкопанная посреди дороги Бронштейн и посмотрела на меня с укором.
— А что мне говорить, Акси? — вперила я в нее тяжелый взгляд исподлобья.
— Правду.
— Правда ужасна, подруга. Я влюбилась в отпетого бабника, который заполучил меня за всего лишь одно свидание. И самое паршивое в этом даже не то, что я ему отдалась без конфетно-букетного периода.
А то, что Егор наперед знал, что я не смогу перед ним устоять. Он ведь даже купальник мне приготовил заранее, прекрасное понимая, что у меня не будет возражений, чтобы сначала нацепить его на себя, а потом дать ему его снять. Он разыграл все как по нотам и мне гадко от осознания того, что я оказалась только глупой мухой, которая попалась в его паутину. Ничего примечательного — просто мясо.
— Ляль, — подалась ко мне подруга и я только сейчас поняла, что слезы все-таки закапали из глаз.
"
"— У меня внутри все скрипит и трескается, Акси, — жалобно простонала я, — Еще немного и рассыпется на куски. И я не знаю, что делать с этими чувствами. Они душат меня. Они меня ломают. Они делают меня слабой.
— Ну-ну, милая...
— А я поверила ему, дура! Раскатала губу, принимая каждое его слово за чистую монету. Открыла Егору свое сердце, тогда как ему всего лишь нужно было попасть в мои трусы.
— Все пройдет, Ляль. Сейчас мы придем домой, переоденемся в пижамы и станем вновь объедаться мороженым, врубив по телеку какой-нибудь крутой сериал.
— Про зомби? — усмехнулась я.
— Точно!
И мы обе рассмеялись, чувствуя при этом почти неподъемную тяжесть в душе.
— Слушай, — потянула Бронштейн спустя несколько минут молчания, — А если Сечин все-таки к тебе явится под окна? Что тогда?
Ребра от такой перспективы затрещали, а легкие перестали гонять живительный кислород, опасаясь судороги, прокатившейся по всему моему телу с головы до пят.
