Не будь у меня положительного теста, сегодня она была бы моя. Во всех смыслах этого слова. Просто… какой же это потрясающий кайф — иметь возможность, обнимать, целовать, присваивать!
Эти губы были так близко! В секунде от поцелуя. В мгновении до точки нашего невозврата.
Отпустил бы я её после поцелуя? Не-е-ет! Ни за что.
Закрывая глаза, фантазирую. Губы прикрываются и горят, я жадно облизываюсь, сокращаясь от возбуждения.
Всё, Черкасов, это теперь недоступна часть реальности. Ты бестелесное привидение еще полгода.
Прими это. Усвой это!
Сдергивая с запястья часы медленно кручу их на пальце. Они встали. В первый раз в жизни у меня встали часы. Как символично… Моя жизнь на паузе. А её — нет! И может так оказаться, что это последнее свидание со Златой. А завтра она будет принадлежать другому мужчине. И так и будет, вообще-то. Особенно, если ты не приедешь. Ее приглашение значит только одно, она не хочет выбирать Родиона.
И я делаю саму глупую вещь в моей ситуации — еду.
И да — в этот раз я не лажаю с букетом.
Покупаю бутылочку хорошего вина. Когда меня последний раз женщина приглашала на ужин к себе домой? Такая женщина, чтобы я согласился. Да никогда!"
"Моя жизнь устроена максимально просто. Как черновик. Пока все силы вложены в компанию, а в личной жизни довольствуюсь простым и малым, но мечтаю о большом и полноценном.
Дописался на черновик, Черкасов? Ага, так что чистовик испачкал.
Паркуюсь возле маленького, но выстроенного в стиле средневекового замка домика Ивана Михайловича.
Не самый престижный район. Но пока еще спокойный.
Ворота — стальной частокол. Я вижу парадный вход в дом. Нажимаю на звонок.
Открывает мне охранник. Свет ярких фонарей освещает всё по периметру.
— Этим входом не пользуются, — тормозит он мою попытку подняться на крыльцо. — Пройдёмте.
Мы обходим дом.
— Тиша, слезай! — стоит спиной ко мне у высокого ранета Злата, уперев руки в бока.
— Злата Романовна, к Вам гости.
Разворачивается.
— Что случилось? — смотрю наверх.
— Аа… да, ничего, — поправляет немного растрепавшиеся волосы.
На ветке, прислонившись спиной к стволу сидит Тихон. Метра три высота…
— Тихон, привет.
— Здравствуйте.
— Проходите в дом, — отворачиваясь от Тихона, показывает мне на вход чуть поскромнее, чем парадный.
В спину ей тут же прилетает ранеткой. Слышу глухой шлепок и вижу, как вздрагивает. Глаза мстительно вспыхивают, веки тяжелеют, но делает вид, что ничего не было.
