— Ты пьяный, что ли?
— Абсолютно трезв. Больше не пью, не курю, не пользую увеселительной химии. Готовлюсь стать безупречным отцом.
Падает на кресло, где сидел Демид.
— Иск с отцом мы уже оформляем.
— Ну, удачи! Демид не позволит меня оклеветать.
— Демид? Демид… — разглядывает файлы. — Это тот самый Демид, с которым ты спала, нося моего ребенка, зная, что этот мужик заражëн ВИЧ?
Поправляю растерянно волосы. Точно не в себе!
Он протягивает мне файл. Это документы Демида, и я рассерженно выхватываю из его рук.
— Читать умеешь, Карельская дурочка? Или только ноги раздвигать перед братьями.
— Пошел к черту!
— Читай, сказал.
Встряхнув файл, опускаю глаза на лист. Сначала ничего не понимаю, а потом волосы мои становятся дыбом. Живот сводит судорогой. В глазах темнеет. Вич-положительный…
Не верят смотрю в строку ФИО еще раз. Черкасов Д. А.
— Он не сделал бы так, — шепчу я. — Он бы сказал мне, если бы…
Родион подлетает с кресла, впечатывая за шею меня в стену.
— Ты спала с ним, тварь?! Мой ребенок заражен?"
"Коробка из моих рук летит на пол.
Эта грубость Родиона не шокирует меня и в половину того, как мысль о том, что Демид мог скрыть такое от меня. Зная, что я беременна, настаивать на близости. И я просто растерянно и шокированно смотрю в лицо Родиона, не видя ничего. И даже не сопротивляюсь его отвратительным рукам.
Вспоминаю, как Демид, словно пытался спрятать от меня эти документы. Как поспешно закрыл ящик… Не позволил мне помочь ему собрать их. С каким лицом просматривал их.
— Ты спала с ним?!
— Нет…
Отпускает.
— Если вдруг, тебе покажется, что это подстава, я на всякий случай, принёс тебе доказательства из лаборатории.
— Тебе бы не дали результаты чужих анализов. Это конфиденциально.
— Я тебя умоляю! Деньги творят чудеса. Посмотришь?
Достаёт из кармана бумаги. Кидает мне в ноги. Запускает компьютер Демида.
— Или, может, зайдем к нему на почту, и ты увидишь переписки с инфекционистом, который пишет ему про необходимую в связи с диагнозом безопасность.
Вбивает пароль.
— Я даже озаботился тем, что взломал почту его врача. Ну… если ты совсем не в себе, и всë еще сомневаешься. И в базе ВИЧ-инфицированных мой драгоценный брат тоже числится! Пожалуйста!
Разворачивает ко мне экран.
Мне этих всех доказательств не надо. Мои паззлы начинают складываться сами. Вот почему сначала он не касался меня. Почему не целовал. Не желая подвергать опасности. А потом… передумал. Передумал!!!
Ведь ВИЧ нельзя излечить.
