Взрослый мужик, столько всего в жизни видел, и в двое больше прошёл, а тут сдулся перед своим бывшим студентом, как шарик.
Но я понял, осознал, исправлюсь.
Никакой больше жалость к себе, сопли, нюни и так далее. В конце концов, меня не так учили. Дёмин своими постоянными недовольствами, угрозами и наказаниями сделал из меня мужика со стальной выдержкой. Так что, не хрен рассиживаться без дела.
— В чём дело? — вывел из мыслей приятный голос с хрипотцой. —Так нахмурился, что кажется, будто лимон съел, — отвечает он на мой немой вопрос.
— Не так и важно, поверь, — улыбаюсь, уже представляя, как сложится наша жизни дальше.
— Мне важно всё.
Я кивнул его словам, прекрасно понимая его желание знать обо мне всё.
— Ты его убил? — задаю мучащий меня вопрос.
Дэм смотрит на меня исподлобья, морщится, будто я ему напомнил про что-то очень мерзкое. Хотя, если вспомнить этого человека, мерзость даже слишком мягко.
— Я… — отвечает и смотрит куда угодно, но не на меня.
Понимание приходит не сразу, но доходит.
Ему стыдно, что он это сделал, и в то же время он чувствует вину передо мной. Там отец родной, тут я — любимый человек. Понимаю ли я его? Конечно. Сам бы сделал тоже самое, если бы мой отец был бы скотиной.
— Дэм…
— Он это заслужил, — резким тоном. — И если бы я мог это сделать, я бы убил его ещё раз. За маму, за сестру, за то, что ты в инвалидной коляске.
Я молча слушаю, понимая, что ему нужно всё это выговорить. Выплеснуть наружу то, что его съедает изнутри.
— Да, я каялся, мне было не по себе, чувствовал себя такой же мразью, каким был он.
Потому что я не такой, а мой поступок… Чем тогда я лучше его?! Чем я не заслужил пулю в лоб?! Нет, мой список грехов явно меньше, но он есть, как у любого человека в этом зале. Но вряд ли кто-то из этих людей убил родного отца.
Мне жуть как хочется подняться, подойти к нему и обнять, но не стоит этого делать, он должен высказать всё в слух.
— Мне было хреново, всё навалилось на меня, его проблемы перешли по наследству ко мне.
Тебя не было, от этого дышать было нечем. И я винил себя во всём. Но после того, что ты рассказал сегодня, — я бы сделал это ещё раз, — его глаза сверкали гневом, кулаки побелели и вена на шее пульсировала.
Накрыл его руку своей, и он заметно расслабился. Выдохнул и опустил голову. Минута, и вернулся тот Дэм, что взбесил меня в первый же день нашего знакомства.
— Пойдём в номер? — спросил он с игривой улыбкой.
Молча кивнул и встал из-за стола.
