Они что, решили попросить у меня денег? Полтора миллиона рупий? Беспроцентный займ на неопределённый срок, который никто не собирается отдавать? Отлично предложение. Дайте два.
— Возьмите кредит.
Старик тяжело вздыхает, и я чувствую исходящую от него печаль и горечь. Что странно, переживает не только за Петера. Тут замешан ещё какой-то фактор. Сам он кривит морщинистое лицо так, что глаз становится почти не видно, и медленно хрипит.
— Вы же из богатой семьи. Не такой, как другие. Мы хотели предложить вам сделку.
..
Замолкает, так и не закончив фразу. А вот девушка около окна взрывается фонтанами эмоций. Теперь транслирует не только ненависть, но ещё и раздражение.
Поворачиваюсь к ней как раз в момент, когда та начинает звонко выговаривать слова.
— Дедушка, с такими, как он, надо говорить прямо. Жалости ты всё равно не дождёшься.
Переводит взгляд на меня.
— Ты дашь нашей семье полтора миллиона рупий на операцию. А я подпишу договор полного патронажа и стану твоей. Буду выполнять любые приказы.
Делать, что скажешь!
Так старательно подчёркивает слово ""любые"", что сразу становится понятно, какие именно команды у неё на уме. Наверняка считает, что первым делом толстяк полезет драть её тощее тело во все дырки. Вот само предложение интересное: полный патронаж — это фактически узаконенное рабство. Определённые ограничения есть, но их совсем крохи.
Смерив её взглядом, показательно морщусь.
— Полтора миллиона? Ты одарённая?
К мощному потоку ненависти добавляются нотки удивления.
Правда, почти сразу пропадают, сменившись чистой злобой.
— В первом поколении. Как и Петер. Кредитов хватило, чтобы оплатить учёбу только одного ребёнка, и родители решили, что мужчина справится лучше.
Замолкнув, всем видом показывает, что продолжать не собирается. Зато следом подхватывает её дед.
— Потом их отец погиб в открытом море и платить кредиты стало нечем. Обучение Петера оплачено до конца второго курса, но сейчас мы едва выживаем.
Вспоминаю обстоятельства схватки с его внуком и, глянув на старика, задаю логичный вопрос.
— Альберт Столс. Он что, подписал Петера на бой, не пообещав оплатить лечение?
Дед опускает глаза вниз, делая вид, что рассматривает кафель. А вот его внучка чеканит слова.
— Пообещал. На словах. Но не успел, потому что сдох из-за одной шантажировавшей его суки!
Забавно. Странно, что с учётом обстоятельств, эта девчонка не испытывает ненависти лично ко мне.
