И когда его тело придавило создание к камням, руки обвили шею животного, а пальцы обхватили голову, то в сознании еще недавно — ребенка, а теперь — молодого охотника, не возникло и тени сомнения.
Он хотел есть.
Он нашел еду.
Он поймал её в честной схватке скорости и ловкости.
Теперь она — его ужин."
"Маленькие ручки свернули миниатюрную шею козленка, и охотник впился клыками в жесткую шкуру. Заливаясь теплой кровью, разрывая плоть, он оказался слишком занят, чтобы увидеть, как сидевший выше по склону Эргар широко улыбнулся.
Так, в охоте, играх и беседах с барсом, прошла первая зима Арди в горах Алькады.
Глава 7
Арди, едва ли не царапая животом пол пещеры, аккуратно подбирался к спящему Эргару. Дух Дня только-только начал просыпаться, а барс отдыхал после длительной охоты — целых три дня они выслеживали стадо, вычисляя их повадки, места трапез и водопои, так что учитель отдыхал. Чего не скажешь о юном охотнике, чьей энергии, как говорил Эргар, хватило бы, что породить еще один Дух Дня.
Юный охотник убедился, что ветер задувает в пещеру ему в лицо, а тень не падает на глаза барса.
И, когда жертва, казалось бы, была уже в его лапах, охотник прыгнул. Он успел даже обхватить могучую шею и цапнуть за ухо Эргара, но тот извернулся, дернул лапами и придавил мальчишку к полу.
— Ай! Ну прекрати! — начал вырываться Арди, но Эрграр слишком крепко его держал. — Ну я уже умылся!
Но шершавому языку барса, чуть более нежному чем высохшая кора сосны, было все равно. Он продолжал вылизывать спину и грудь детенышу, заставляя ту краснеть и покрываться маленькими алыми бороздками.
Арди смеялся, пытался отодвинуть от себя морду барса, но все, на что оказались способны его лапы — лишь раздвинуть щеки Эргара от чего казалось, что тот как-то по-дурацки улыбается.
Когда, наконец, с утренней процедурой умывания было покончено, Эргар ткнул носом уставшего от смеха Арди.
Какое-то время они лежали молча. Грелись в лучах рассвета, заливавшего горы мягким пожаром, куда более приятным, чем язык барса.
— Красиво, — прошептал маленький охотник, глядя на то, как высокие облака пронзают ширококрылые орлы. Они взмывали со своих гнезд на Чердаке и парили над Алькадой, свободные и могучие, способные за день преодолевать расстояния, на которые Арди требовались недели.
Но сейчас они летели вниз.
Дальше Лестниц, ниже Прихожей, туда, где отряхивались от снегов лесные разливы. Ветки уже покрывались зелеными свитерами, а земля постепенно разглаживала коричневые и рыжие штаны.
