Пока вокруг кричали люди, раздавались взрывы и все больше веса набирал запах меди, они не покидали укрытия. Кто-то счел бы подобное трусостью, но Арди знал, что пока за спиной его отца находились дети — чтобы не произошло, Гектор Эгобар не покинет своего поста.
— Скажи мне, лейтенант, — буквально прорычал отец Арди, чем заставил ребенка, находящегося за десяток километров от происходящего, вжаться в скалу. — С какой стати Шанти’Ра брать в осаду Эвергейл ради тюрьмы.
Силуэт, надо отдать ему должное, довольно-таки быстро справился с оторопью.
— Келли он…
— Он что?
Силуэт отвернулся.
— Те фермеры, помнишь?
Отец нахмурился еще сильнее."
"— Огдены?
— Они самые, — кивнул силуэт, после чего ненадолго высунулся из-за укрытия и выстрелил в проносящегося мимо них наездника.
Пуля промазала мимо человеческого силуэта, но угодила в лошадиный. Куда-то под самую голову. Конь даже заржать не успел. Могучие ноги подломились и животное полетело вперед, вместе с не успевшим вынуть ступни из стремян наездником.
Оба они, переламывая кости друг другу, свалились в кучу прямо под самой «тюрьмой».
— Проклятье! И кто только строит тюрьму напротив школы! — выкрикнул силуэт и тут же вернулся обратно в укрытие — с крыши здания по ним уже стреляли еще двое силуэтов.
— И что не так с Огденами? — напомнил отец, иногда разряжавший револьвер куда-то в сторону кричащей тьмы.
— Кроме того, что им выпустили кишки? — усмехнулся силуэт, вновь перезаряжавший ружье. — О, сущие пустяки, Егерь. Госпожа Огден — в девичестве — госпожа Брайан.
— Брайн? Как…
— Ага, — силуэт по имени «лейтенант» высунулся и снова выстрелил. — Как Келли Брайн.
Отец произнес что-то на незнакомом Арди языке.
— Так что наш бравый отставной офицер кавалерии не придумал ничего лучше, кроме как выследить младшего сына главаря Шанти’Ра и упечь его за решетку, отправив телеграмму в Дельпас.
И опять незнакомый язык и очень резкие, короткие слова.
— Это что-то на дворфийском?
— На орочьем, — поправил отец, после чего вытащил из голенища сапога нож и, подняв его на уровень глаз, поймал отражение стрелков, высовывающихся с крыши.
— Если мы не спустим их оттуда, то даже если законники успеют сюда до того, как от Эвергейла останутся одни угли, то…
— Эй… Егерь.
Отец повернулся к силуэту. По животу последнего растекалась лужа с медным запахом и цветами скорой смерти.
— Проклятье, лейтенант!
Гектор притянул к себе незнакомца, но тот этого уже не почувствовал.
