— Хотя, иронично кончено, — протянул Март, снова прикладывался к бутылке. — Сперва поддержал Тею Эмергольд, а затем…
— Тея Эмергольд? — непроизвольно перебил Арди.
Борсков сперва посмотрел на него, как на идиота, а затем спохватился.
— Точно… ты же не знаешь ни хрена… — он немного поворчал и хрустнул шейными позвонками. — Если в двух словах, то далеко не все в Метрополии согласны с обязанностью носить регалии и плащи. Особенно «не все», это всякие модники и модницы или просто дворянские детки. И лет восемь назад, на ежегодном балу в честь Нового Года, Тея Эмергольд, видная исследователь в области Лей-линий, увидела, как дочь какого-то то ли Великого Князя, то ли герцога, колдует без регалий, и никто ей не делает замечаний и, уж тем более, не вызывает стражей правопорядка.
С этого началась забастовка Эмергольд, которая отказывалась носить регалии во время колдовства. Ну и пары дней не прошло, как к ней присоединилось некоторое количество других наивных магов. Все, разумеется, закончилось так, как и всегда заканчиваются подобные глупости.
Арди выжидательно молчал. Март же немного грустно улыбнулся и щелкнул пальцами по горлышку бутылки, заставив ту издать мелодичный звон.
— Всех, кто бастовал, оштрафовали. Кто не дворянин по рождению или без тугого кошеля — тех упекли в тюрьму на пару месяцев, чтобы головы остудить. А потом сослали из столицы. А высокородные и богатеи… ну а что они. Они как всегда. Делают, что хотят.
— Но Глеб…
— Да и срать, что там Глеб, — отмахнулся Март, чей язык начал немного заплетаться.
Видимо сказывались алкоголь, стресс и бессонная ночь в обществе вампира, что, в целом, тоже можно отнести к стрессу. — Язык у него без костей. И руки чесались все время. Когда полиция, вместе с Плащами, явилась разгонять забастовку Давосу-младшему показалось замечательной идеей начать с ними махаться. В результате он отправил к Ангелам, без малого, какого-то майора полиции. За такое его вообще должны были или на границу с Фатией отправить, чтобы землю жрал и говном умывался, либо за решетку лет так на дцать.
Но братья и папенька подсуетились и организовали сынку местечко в оперативном отделе второй канцелярии…
По мере того, как Март заканчивал с рассказом, то он все сильнее растягивал слова и говорил только медленнее. А затем еще раз посмотрел сперва на Арди, затем на Плащей и маршалов, которые уже заканчивали с делами, а потом опять приложился к бутылке.
— Нет, ну теперь понятно, почему он у тебя посох с книгой забрал, — хмыкнул Март.
