— Ты сделала задание по арифметике? У меня не очень получилось там с дробями.
— Доброе утро, Невий, — с нажимом на первые слова произнесла идущая по улице самка-детеныш. Что удивительно — в точно таких же одеждах. Различия заключались лишь в том, что она шла в вязанном платке и юбке, а Невий в брюках и кепке. — И да — я сделала. И ты бы сделал, если бы не отправился с Кевином, Ольгой и Фарухом на озеро.
Детеныш развел руками и тут же икнул, когда вишневый, потертый портфель в его правой руке врезался в его же затылок.
— Ай, — потер он ушибленное место. — Видишь? Уроки еще не начались, а мне арифметика уже больно делает! И вообще — мы тебя с собой звали!
Анна отвернулась и едва слышно прыснула, после чего повернулась снова все с тем же холодным и строгим взглядом.
— И кто бы тогда сделал арифметику, если бы я пошла? Списывать не дам.
— Но как же я…
— Помогу решить! — сверкнула глазами девушка. — Ты же не дурак — ну вот и работай мозгами. А еще, между прочим, у тебя ширинка расстегнута.
— Срань Светлоликого!
— Не богохульничай! — и Анна ткнула рукой в бок Невию, пытавшемуся что-то сделать на своих штанах, что у него явно не особо получалось из-за толстых варежек.
И они ушли дальше, вскоре влившись в толпу других детенышей, одетых в такие же одежды. Среди них Арди заметил как совсем юных — тех, кому не исполнилось еще и семи зим, так и вполне себе самостоятельных охот… людей. Зим пятнадцати и старше.
Интересно, зачем люди наряжают своих молодых в такие странные наряды и что значит — арифметика? Атта’нха научила Арди многим наукам.
Как найти путь по звездам, умению смотреть сквозь ветер, знанию растений и зверей, чтению и письму, но вот арифметика.
А еще, как заметил Арди, у многих взрослых осо… горожан и у каждого из их юных представителей на правом запястье из-под одежды выглядывал странный, широкий браслет-наруч, закрепленный несколькими ремешками. Иногда на нем показывались какие-то письмена, но чаще он выглядел просто непонятным украшением."
"Покачав головой, охотник отправился дальше.
Он миновал широкое здание, стоявшее немного на отшибе — туда и тянулись вереницы детенышей. Их приветствовали женщины и мужчины в таких же черных, строгих одеждах. А затем, на колокольне над зданием, зазвучал звон и двери здания закрылись на плотный засов.
Арди пожал плечами и юркнул в тень.
Единственное здание, что ему удалось сходу опознать — высокая постройка, сложенная из белых досок, украшенных огромным символом солнца.
