— Впечатления, Арина. Воспоминания. Нет ничего лучше, чем разделить их с тем, кто тебе близок.
14
После ярких впечатлений серые улицы замерзшей столицы, невольно навевали уныние. Очень скоро поездка во Францию вообще начала казаться игрой фантазии. Разве что сувенирчики, которые аккуратным рядом стояли на подоконнике моей комнаты, дожидаясь того часа, когда я раздарю их родным, доказывали обратное. А еще три комплекта фирменной одежды французской марки, которые мне молча занесли в комнату.
Это было неожиданно и… неловко.
Аглая не дала даже вопроса задать по этому поводу, сразу обозначила, что одежда куплена индивидуально для меня, значит, и носить её мне. Посоветовала принять это как премию.
Новая рабочая неделя началась с совершенно другого настроения, а потому дни проходили незаметно. Я расслабилась, а еще… чувствовала себя гораздо комфортнее в богатой обстановке резиденции. Может потому что хозяин-злодей уже вовсе не казался мне таким уж злодеем, и человеческие черты, которые я разглядела в нем, невольно расположили мое сердце? Или же все потому, что со дня поездки я его еще ни разу не видела.
Марк Алексеевич как будто испарился, и только на третий день я узнала, что он, оказывается, еще в понедельник уехал на важную конференцию, проходящую в Берлине. Я должна была вздохнуть полной грудью и испытать облегчение, ведь обычно работникам только за радость, если начальник в отъезде. Но подобного я совсем не испытывала в должной мере.
Напротив меня донимало навязчивое ощущение ожидания.
Выходя за пределы комнаты, я заметила, что ищу глазами грозный силуэт владельца резиденции. Прямо одергивала себя. Возможно, мне просто было непривычно, ведь раз в день мы обязательно пересекались. Но если раньше я избегала этих пересечений, то теперь… как будто наоборот стремилась к ним! Потому что
Я искала лишний повод прогуляться по дому. А еще чаще обычного смотрела в зеркало перед выходом из спальни, мучила расческой и без того идеально зачесанный хвост, и вообще начала удалять пристальное внимание своему внешнему виду.
Этого еще не хватало.
Однажды даже Вике пришлось услышать от меня: «как я выгляжу»?
— Как золуска, — отвечала моя маленькая лиса, приглядываясь ко мне с видом знатока.
Я старалась контролировать эти странные перемены внутри, потому что нутром чувствовала — ничего хорошо это не сулит.
