Неожиданно для самой себя она поняла, что больше не боится, что рутинное и не самое легкое занятие вышибло из головы все дурные мысли. А еще очень захотелось есть.
Когда Стеша вернулась в дом, баба Марфа возилась у печи. Поверх черной юбки она повязала белый передник, волосы убрала под низко повязанный платок и со спины была похожа на самую обыкновенную деревенскую бабушку. К сожалению, только со спины.
— Управилась? — спросила она, не глядя на Стешу.
— Управилась. — Стеша стащила валенки, прижалась озябшими, покрасневшими от ледяной воды ладонями к печному боку.
— Садись завтракать, — сказала баба Марфа и ловким движением стряхнула блин с чугунной сковородки на стоящую на припёке тарелку.
— Спасибо. — Стеша забрала тарелку, присела к столу.
Через приоткрытую дверь она видела, как в спальне Катюша играет со своей деревянной птичкой. Наверное, самое время поговорить. Вот только с чего начать? Какой вопрос задать бабе Марфе? На какой вопрос она захочет ответить?
Начинать не пришлось.
Баба Марфа села напротив, уставилась на Стешу тяжелым взглядом своих черных цыганских глаз. У мамы и у самой Стеши глаза были зеленого цвета, у Катюши — светло-карие. Вот такой непроницаемой угольной радужки не было ни у кого в их семье.
— Где твой платок? — спросила баба Марфа.
— Какой платок? — Сердце похолодело и стало биться в разы быстрее. — У меня несколько платков.
На самом деле платок был только один, и теперь Стеша надевала шерстяной берет или и вовсе ходила с непокрытой головой.
Весна ведь!
— Тот красный платок, в котором ты приехала.
— А почему вы спрашиваете?
Ей был неприятен этот допрос. Было что-то странное в том, каким тоном баба Марфа его вела, и в том, каким взглядом на нее смотрела.
— Где платок? — процедила баба Марфа и стукнула ладонью по столу с такой силой, что Стеша от неожиданности уронила вилку. Та с тихим бряцаньем упала на пол. Пришлось лезть за ней под стол. Это дало Стеше время прийти в себя и собраться с силами для отпора.
— Я его потеряла. — Сказала она, выныривая с вилкой из-под стола. — Не понимаю, какое вам…
— Где? — перебила ее баба Марфа.
— Что где? — Стеша вытерла вилку лежащим на краю стола полотенцем.
— Где ты потеряла свой платок?
— Не знаю, — соврала Стеша. Отчего-то говорить старухе правду не хотелось."
"— Не ври мне! — Баба Марфа крепко сжала ее запястье своими сухими узловатыми пальцами.
