Ему и сейчас было сложно влиять на сына. А с учетом того, что Никита был себе на уме, и в папиных увлечениях и подругах видел соперников за внимание отца, то обоих ждали непростые времена на пути к взаимопониманию. По сути, Вихров был хорошим отцом, только отдалился от своего ребенка и не проводил с ним полноценного отдыха. У мальчика отсутствовало доверие к отцу, он боялся, что тот его бросит, и потому так себя вел: вызывал Андрея на эмоции, не получал должного отклика или не в том объеме, и продолжал с новыми силами добиваться своего… Жаль, что в качестве привлечения к себе внимания со стороны отца, он выбрал меня своим орудием.
9
Андрей"
"– Катя, что значит не было билетов обратно, а ты не успела купить на следующий рейс? – я зажал переносицу двумя пальцами.
Два увольнения за день – это слишком. Если я не закрывал глаза на собственные ошибки, то что уж было говорить о людях, которых нанимал на работу?
– Андрей Владимирович, – в голосе девушки послышалось отчаяние. – Я сейчас все исправлю.
Дайте десять минут, а вы пока выпейте кофе перед встречей с Гавриловым.
– Будь любезна, Катя.
Я засунул телефон в карман пиджака и тяжело вздохнул. Мало мне, что день начался с того, что Ник всю голову разбил с этой Ангелиной, так еще как-то умудрился и Павла подбить, чтобы тот отвез его к ней. Неужели ему рабочего места было не жалко? Он ведь не первый день на меня работает, и знает о моих требованиях.
Вспомнив о несостоявшейся няне и ее вчерашних словах, что она не сможет быть няней для Ника, я пришел к выводу, что третье увольнение за месяц негативно скажется на моей карме, а в том, что я девушку очень быстро уволю, теперь даже не сомневался.
Чего стоил этот ехидный тон в телефоне, когда она разговаривала со мной полчаса назад...
Ладно, с Ником разберусь позднее, сейчас первоочередной задачей было выбить партнерство с Гавриловым и вернуться домой, потом уже забрать сына от девушки и провести с Павлом воспитательную беседу. Водитель, оказался в сговоре с сыном, они собирались скрыть от меня визит к Ангелине?
Катя вопрос с билетами, если и решила, то явно не в десять минут, потому что наша встреча с Гавриловым длилась уже полтора часа, когда она вспомнила о своих заверениях, что все исправит.
– Минуту, – я взял в руки телефон, но, увидев на дисплее имя Эли, сбросил звонок и вернулся к переговорам.
– Ну, добро, Андрей, – произнес Гаврилов спустя еще час. – Меня все устраивает.
