Но, черт возьми, Варя! Я же просил не закрываться. Просил же не молчать, а прежде чем совершить очередную глупость, надумав себе с три короба, поговорить со мной! И теперь злости не хватает и на себя, и на Варю, и на Карину, и вообще на всех участников этой дурацкой драмы!
Бегом принимаю душ и вылетаю из дома. Мне нужно поехать к Варе и поговорить. Объяснить все по-человечески и вернуть ее домой. Дурацкая ситуация, к которой опять привело мое молчание. Ничему жизнь не учит, Романовский!
Долго не думая, мчу в сторону деревни, нисколько не сомневаясь, что Варвара у бабы Шуры, всю дорогу то и дело набираю номер Вари, но там неизменные гудки, а потом и вовсе “абонент недоступен”.
Бросаю машину у ворот и без приглашения, без стука захожу на участок, тут же встречаясь с лающим Васькой и подбоченившейся бабой Шурой, которая поглядывает на меня, хмуря брови.
— Явился, женишок, — вроде и зло, но в то же время с мало понятной мне интонацией говорит женщина, махая рукой. — Ну-ка заходи, поговорим, пока Варька к соседке пошла.
Делать нечего, и, наверное, действительно стоит объясниться не только с Варей. А то представляю, какой я в глазах баб Шуры сейчас “герой”.
Захожу в беседку и, как маленький мальчишка, не знаю, с чего начать, жду, что сейчас меня будут ругать. Но баба Шура удивляет своей следующей фразой:
— Вот вы с Варькой, как дети малые, ей богу!
— Что? — вылетает от неожиданности.
— Что-что! Один признаться боится, другая слушать не хочет. Заварили кашу, теперь мучаетесь оба.
— Варя вам что-то рассказала, баб Шур?
— Да все рассказала. И вот я не пойму, вы вообще — современное поколение — разговаривать не умеете друг с другом, что ли? Живете семьей, но по принципу «каждый сам за себя»? Спать в одной постели научились, а разговаривать нет. Ребячество! — машет руками баб Шура, а я, честно слово, сейчас пойду пунцовыми пятнами от смущения. Так меня даже мать никогда не отчитывала.
— Я виноват. Не сказал. Но я был уверен, что так будет лучше для спокойствия Варвары, — облокачиваюсь на перила беседки, пряча взгляд от проницательной женщины.
— И правда, повел себя, как пацан.
— Ну, хоть это осознаешь, — усмехается баб Шура, поглядывая мне за спину. — Варя тоже хороша! Убегать сразу, и не выслушав. Ну, кто же так делает, дети?
— Баб Шур, а что… — слышу за спиной и оборачиваюсь, встречаясь с мгновенно насупившейся Варей. Любимый взгляд зеленых глаз фокусируется на мне, транслируя немой вопрос: какого черта я здесь забыл.
