Какая же она сама вся милая с этим животом, в коротких шортах и свободной футболке! Такая домашняя, с простой прической-пучком из волос, без грамма косметики и прочей лабуды!
Проходим на кухню. За окном светит солнце, ничем не прикрытое из-за высокого этажа.
Отблески лучей играют на ее золотых волосах, что выбились из пучка и обрамляют ее милое лицо. Я просто залипаю на нее! И убеждаюсь, что пересилить ее к себе было абсолютно правильным решением.
— Берем два вида фарша! — Марьяна натягивает кухонные перчатки.
Я следую ее примеру. — Потом лук, картофелину, хлеб, вымоченный в молоке, солим, перчим, и перемешиваем это все руками. Помогайте мне, смелее!
Это она меня в трусости что ли упрекает? Ха! Погружаюсь руками в перчатках в прохладную миску. Она хочет убрать руки, но я не даю. В четыре руки, задевая друг друга, мы начинаем проминать холодный полуфабрикат.
Я стою очень близко к ней и мне это нравится. Я жадно разглядываю ее белье, что виднеется в ложбинке декольте. Она увеличилась не только в животе.
А еще во всех остальных стратегическо важных местах. Стала очень женственной, и меня это чертовски заводит!"
"Прямо Аррр!!! Как хочется ее укусить или ущипнуть! Но я держусь! Из последних сил!
— Достаточно. — отстраняется от меня Марьяна. — Теперь формируем одинаковые шарики.
— Какие? — придуряюсь я.
Специально делаю неправильно, чтобы Марьяна подошла и показала мне, как нужно. Черт! Готовить — это невероятно приятное дело! Особенно с таким учителем, как она! Надо будет почаще этим заниматься, раз другой вид близости пока мне не доступен.
Марьяна кстати умело делает вид, что не замечает моих поползновений вее строну. И это хорошо. Ибо переходить за грань мне пока не хочется. А легкий ненавязчивый флирт кипятит кровь и насыщает мозг эндорфинами.
— Жарить буду сам! — заявляю я.
— Да пожалуйста! — усмехается Марьяна, — только тефлон на сковороде не сожгите!
В кармане вибрирует мобильный. Данила стучится во внутреннем чате.
— «Серый, ты куда подевался? У тебя контракт на лям долларов горит!»
— «Сам разрулишь.
Занят. Не могу!» — пытаюсь напечатать в ответ.
— Горит! — вдруг вскрикивает Марьяна. Да что ж такое, везде все горит… — Она подбегает ближе, пытается моей же рукой перевернуть обуглившуюся котлетку, но та срывается и обжигает ее пальчик кипящим маслом.
— Ай! — отскакивает Малышева, дуя на руку.
— Сильно? Покажите? — я подаюсь к ней, хватаю за ладонь.
— Нет, капелька попала! — морщится девушка.
