И сейчас я правда сделала все, что могла, и пусть не попала в колеса хаммера сама, но довольно неплохо управляла джипом, учитывая то, что занимала не место водителя.
— Я…
— Завязывай с ней, Рика. Игры в шпионку кончились. Надеюсь, хотя бы сейчас ты научилась понимать, когда тебе говорят с первого раза. И слушаться.
— Это не игры, Джейдан, — огрызаюсь я, мгновенно отстраняясь от Джейдана. Даже в темноте я замечаю синеватые блики в его глазах. — Я шпионка, а не член оперативной группы. У нас с тобой разная специфика работы…
— Разумеется, Рика.
Устанавливать жучки, ублажая подозреваемых рукой и заговаривая им зубы — вот твоя специфика, — отзывается Джейдан, припоминая мне сцену в спальне Маркуса Флеминга.
Что, все никак не можешь забыть, Джейдан?
— Ты меня задеть хочешь? Унизить? В шатре было недостаточно унижений? — накопленный негатив жаждет вырваться на волю, мне приходится отчаянно его сдерживать.
— По-твоему, я тебя унизил? Любая другая девушка мечтает о таком «унижении». Поверь, будь у нас время, оно стало бы многократным унижением.
— Ты невыносим! — рычу я, скрещивая руки на груди.
Он произнес слово «унижение», явно имея в виду другое слово — оргазм. Оргазм, который я, черт подери, испытала.
— Ты можешь выйти прямо здесь, я тебя не держу, — огрызается Джейдан. Красноречиво хмыкнув вместо ответа, я выдыхаю…
— Если хочешь от меня избавиться, у тебя есть глок. Но стоило ли тогда рисковать, торги вести, по пустыне гнаться? Зачем ты меня спас, Джейдан? Рисковал жизнью своей? Я хочу знать твою цель и цель АРС.
— Поговорим позже, Рика. Холодает. Надо укрыться где-то, — одной рукой Джейдан срывает с багажника шерстяное одеяло. — Укройся, Эйнин.
Я выполняю приказ, даже не глядя в сторону Престона. Спустя пятнадцать минут молчания и наблюдения за Джейданом украдкой, я прижимаюсь носом к его плечу и ощущаю, как он губами касается моего лба. Меня тянет в сон, и я не понимаю, что происходит между нами. Откуда внутри эта щемящая сердце нежность?
Все неважно. Мы вместе, а вокруг нас — бескрайняя пустыня.
Он необходим мне, чтобы выжить. Самое время стать послушной и покладистой кошечкой и спрятать свои коготки.
* * *Не знаю, сколько времени мы находимся в пути к тому моменту, как я просыпаюсь под аккомпанемент постукивающих от холода зубов. Теплое шерстяное одеяло не спасает от пронизывающего ледяного ветра и холодного воздуха, температура которого уверенно опускается к нулю градусов. По меркам Махруса — это ещё считается «теплой» ночью.
