Что думаешь, Рика? — похабно улыбаясь, он поглаживает мои плотно сжатые колени, сквозь слой ткани, а у меня в висках почему-то пульсирует только одно имя, и мысли все только о Джейдане, когда я начинаю остро ощущать, что мне угрожает опасность.
Джейдан. Джейдан.
Но Престона здесь нет, как и оперативной группы… неужели они не вмешаются, если этот ублюдок начнет меня насиловать?
Судорожно опускаю взгляд вниз, больше не в силах смотреть в простреливающие веру в чудо глазницы Азиза. Делаю глубокий выдох и стараюсь успокоиться, но новая волна паники, накрывшая с головой, доводит меня до ледяного пота.
Ткань паранджи плотно прилегает к плотному телу, когда я замечаю под свободной одеждой Азиза «красноречивую» выпуклость, кричащую о его мужском голоде и возбуждении. Я не представляю, что можно ожидать от восточного мужчины, пребывающего в таком состоянии. Не представляю. Но чувствует мое сердце, что, если буду молчать — добром это не кончится. Эм, чтобы такое ляпнуть, что бы усмирить его пыл?
— Убери с глаз моих свой маленький член, — яростно выплевываю я, задыхаясь от внутренней и клокочущей злости.
Не могу я, достали. Тошнит меня от их стояков и рук грязных. В жизни секса не захочу больше. — Иначе я расскажу Ильдару о том, что все ты со мной сделал, и где надо — приукрашу. И поверь, для него имеет значение, тронешь ты меня или нет. О моих двух партнёрах он знает. И в Америке это количество считается показателем скромности, а не распущенности.
И это — правда. Со мной подруги часто делились своим опытом, и многие едва ли не каждый месяц меняли партнера.
Брови Азиза до предела сдвинулись к переносице, губы плотно сжались — я явно вывела его из себя, задела знаменитое и раздутое до Божественного, знаменитое Эго восточных мужчин. Так и надо тебе, тварь. Скажи спасибо, что не «малышом» его назвала. С облегчением выдыхаю, замечая, как «второй мозг» Азиза поумерил свои аппетиты. Вялым членом, он едва ли меня изнасилует, это не может не радовать…
Но как выяснилось, обрадовалась я рано.
Слишком.
— Хотя я не собираюсь перед тобой оправдываться, ублюдок. Просто убери от меня свои грязные лапы, — огрызаюсь я, и снова пытаюсь заехать ногой Азизу по челюсти."
"— Остра на язык, шармута, — приблизившись к моему лицу, ублюдок резко схватил меня за волосы, потянув их вниз, и приподняв мой подбородок, поддев его пальцами. — Два раза успела меня унизить, дрянь. Думаешь, просто так тебе с рук сойдет? Не буду я тебя трахать, не беспокойся.
