Она приехала на каникулы из колледжа, а я только что получил диплом. Я не скажу, что встреча с Лейлой произвела на меня неизгладимое впечатление. Нет. Она вызвала интерес, но я забыл о ней, как только переступил порог дома. Но она не забыла… Через несколько месяцев Таир Кадер тактично намекнул, что я очень понравился его дочери, а ещё через год мы с Лейлой поженились и переехали в этот дом, выстроенный по моему проекту. И я ей не солгал пару минут назад — новый дом действительно существует.
— Тебе нужно подумать о своем поведении, Лейла, — произношу мягко, приподняв подбородок девушки.
— Сделать выводы, осознать, что любопытство допустимо только в разумных пределах. Разве я когда-то позволял себе забраться в твои личные вещи?
— Нет, Джамаль-джан, — отрицательно качает головой Лейла."
"— Разве я сомневался в том, что ты любишь меня и верна мне?
— Нет.
— Разе я когда-то был жесток и груб?
— Нет, никогда.
— Тогда сделай так, чтобы мне никогда не захотелось сделать ничего из того, что я перечислил, — прохладно говорю я и, потрепав девушку по щеке, неторопливо направляюсь к лестнице.
Как я и предполагал, Аида ждет меня в постели. Обнажённая медноволосая красавица чувственно улыбается мне, приподнимаясь на разбросанных по кровати подушках. Небольшой рост вполне компенсируется длинными ногами, округлыми бедрами и очень тонкой талией. Грудь небольшая, но форма идеально подходит для наполнения мужской ладони. Маленькие соски очень чувствительны к ласке как грубой, так и нежной…
Скромность и робость Аида сбрасывает вместе с одеждой, едва переступив порог моей спальни.
Лейла была бы неприятно удивлена, узнав, что тихая и незаметная вторая жена, которую она не воспринимает как соперницу, способна вытворять в постели вещи, которые бойкой и страстной Лейле как в жизни, так и в сексе и в голову бы не пришли. И, если первый раз я женился из чувства долга, то второй… второй раз все было иначе.
Кинув футболку на пол, я медленно приближаюсь к постели, глядя в немигающие серые глаза Аиды.
Есть в них нечто запредельное, иногда пугающее до жути. Холодные серебристые с черными непроницаемыми зрачками, хранящими в своих глубинах печаль и что-то еще, неподвластное моему пониманию. Еще одна неразгаданная тайна, но я никогда и не стремился раскрыть ее до конца. Она будит во мне противоречивые эмоции, сильно отличающиеся от тех, что вызывает Лейла.
