В любом случае, третьей быть я не согласна, поэтому можешь не переживать, пап.
— Иногда мне кажется, будто я живу не своей жизнью, — признаюсь тихо, направляясь к двери, плотно закрываю ее, когда он уходит.
Пальцы автоматически тянутся к розе, выкованной из железа — подарок Джейдана, оставленный в тот день, когда он с бесшумностью сталкера ворвался на мою территорию. Сжимая ее в руке, я присаживаюсь на край кровати и, ощущая, как дыхание схватывает, а время замирает, открываю папку.
Он жив.
Камни с души падают вниз, даруя облегчение и чувство полета.
А значит, мы еще встретимся. Или мне стоит забыть его навсегда? Так было бы легче… разорвать замкнутый круг, найти другого и влюбиться до изнеможения…
Так было бы правильнее. И ответ на вопрос «почему..?» прост: я слишком сильно его люблю. Я не смогу видеть, как к нему прикасаются другие женщины, как он тает в нежных объятиях своих жен. Может, я даже не буду видеть, но даже знать и находиться рядом — уже слишком. Я не смогу.
Не смогу смотреть в синие глаза его детей, рожденных другими женщинами…
А ты бы смог так, Джейдан? Делить меня с кем-либо, знать, что обнимаю ночью крепко-крепко второго мужа? Я приму твое предложение о замужестве только тогда, когда на этот вопрос ты ответишь «да». А мы оба знаем, что это означает — никогда."
"Самое страшное в этом лишь то, что брак в Анмаре фактически нерасторжим, необратим — не так просто развестись, не так просто исправить подобный факт. Разведенная женщина сгорает от выжженного на ней клейма позора, и подобной участи я не пожелаю никому.
Вот что нам написано, Джейдан? Такая карма? Я никогда не буду единственной, в то время как ты единственный мужчина, с которым я связала бы свою жизнь.
Может, папа прав, и мне стоит чаще смотреть по сторонам?
Вечер того же дня проходит так же, как и тридцать предыдущих за последний месяц: я еду в реабилитационный центр, заглядываю к поступившим за день ребятам, и в каждом новом ребенке пытаюсь найти Эмилию в надежде на то, что девочке удалось чудесным образом сбежать, затеряться в пустыне, где ее уже могла найти секретная группа, отвечающая за поиск в пустыне Махрус.
Конечно, в центр определялись не только дети из Анмара, но и многие другие, оставшиеся без родителей и крова, которых чаще всего находят на просторах Мексики и Гондураса, и каждому я готова была помочь улыбкой, разговором или любой другой помощью, какая потребуется.
