С одной стороны, меня приводит в дикую ярость то, что Ильдар стал свидетелем наших сексуальных игр в душевой кабинке, но с другой — я испытываю злорадное удовлетворение от его плещущейся через край злобы, вызванной бешеной ревностью. Так что обстоятельства более чем удачны. Эмоциональный уровень Видада находится под мощным влиянием уязвлённого мужского эго, логическое мышление нарушено выбросом тестостерона. В таком состоянии мужчине сложно хладнокровно выстраивать стратегию и здраво оценивать потенциального соперника.
Сейчас он намерен сражаться за женщину, а не пытаться спасти свою никчемную шкуру. Цена за бесплатное кино будет не ниже той, что заплатил Азиз. Я спрошу с Видада по полной, но сначала позволю ему почувствовать себя победителем, контролирующим ситуацию. Ничто так не ослепляет, как ощущение собственного превосходства. Каждое его слово в адрес Рики, грязные намёки об их общем прошлом и не сложившихся отношениях предназначены исключительно для моих ушей. Он наносит планомерные хлёсткие удары, направленные на инстинкты собственника, ревность и гордыню.
Только в данном случае он просчитался. С Рикой я разберусь после; она расскажет мне собственную версию, и я вычислю каждое произнесенное лживое слово, если оно прозвучит.
— Ты же понимаешь, что я пришел не один? — самоуверенно спрашивает Видад, приподнимая стальное дуло чуть выше и бросая беглый взгляд на дверь номера. Не сомневаюсь, что в коридоре выстроилась вооруженная охрана опального брата советника короля. Интересно, он осознает масштабы проблем, которые сам себе создал? — Поэтому давай решим, как мы поступим? Убить тебя сразу, — он снова тычет пушкой в мою сторону.
— Тихо и по-быстрому, или тебе есть что сказать напоследок?
— Ты собираешься решать мужские вопросы при женщине? — изогнув бровь, ровным голосом интересуюсь я. — Уверен, что Эрике необходимо знать все, что мы будем обсуждать?
— Я не намерен торговаться и ничего обсуждать с тобой, — изменившись в лице, резко бросает Ильдар."
"Гнев вытесняет снисходительную уверенность, и он вскакивает на ноги.
Исподлобья смотрит на меня свирепым взглядом, от которого я, по всей видимости, должен испытать дискомфорт. Да, я понимаю, что опасность существует, что загнанный в угол шакал способен выпустить пулю мне в лоб, или даже всю обойму, но я постараюсь не допустить этого. Годы тренировок и полученный опыт против агонии рассвирепевшего сукина сына. Посмотрим, что победит.
— Мне известно, чем закончились твои торги с Азизом.
