И я даже не уверена, что ректор знал о залежах мишника. Знал бы — уничтожил. Потому что драконы за своих мстят без жалости и до последнего, и все прекрасно понимали, что находящаяся сейчас на территории УМа делегация, откровенно говоря, невероятная милость со стороны крылатого народа.
— Миладушка, — обратила на меня внимание госпожа Иванна, — что-то ты бледная. Давай, девочка, ужинать и спать!
Я глянула на часы — до ужина еще добрых сорок минут было, но самую добрую женщину университета это мало волновало.
В считаные минуты у меня отобрали кастрюлю, саму меня усадили возле перегородки за столик, после всучили рыбную похлебку, салат и ореховое пюре на меду. Последнее вообще-то готовилось редко и только для магистров, когда те выкладывались магически так, что едва на ногах стояли. Но на мой удивленный взгляд госпожа Иванна только и сказала:
— Кушай, сиротинушка ты моя."
"И я все съела, без удовольствия, но с понятием, что есть нужно. Действительно нужно. Потом кормила Голода, сидя все там же, у перегородки, отделяющей кухню от университетской столовой, и слушая досужие разговоры.
Из них выходило, что магистры, не справляясь с нашествием оживших монстрообразных растений, призвали выпускной курс и массово выпили их. Точнее, не то чтобы выпили, не вампиры же, просто поглотили их ресурс, чтобы иметь возможность продолжать битву с зелеными порождениями магистра Хорднира, но приятного в этом все равно было мало. Растения в итоге сожгли и порубили на куски подоспевшие драконы, магистры искренне поблагодарили их за это, а лежавших без сил после потери магических сил старшекурсников разнесла по их комнатам подоспевшая прислуга.
И выпускники теперь недели две в лежку лежать будут, потом еще неделю ходить пошатываясь, через месяц только в себя придут полностью… и то лишь сильнейшие.
От грустных мыслей оторвал раздавшийся вдруг на кухне голос профессора Нарски:
— Радович у вас тут?
Я застыла.
— Да, вон пса вашего кормит, — откликнулась госпожа Иванна.
У меня лично желания откликаться совершенно не было.
Магистр Нарски подошла, постояла у меня над душой, пока я докармливала Голода, а едва пес забрал у меня с ладони последний кусок мяса, приказала:
— Мой руки, и за мной.
Ослушаться я бы в любом случае не посмела.
* * *За магистром Мстиславой Нарски я следовала без энтузиазма. И он не появился, едва стало ясно, что мы направляемся на второй полигон. Могла бы — застонала в голос. Но я послушно шла следом.