И потому деревня росла, богатела, поля засевались не высевкой, оставленной скупщиками из жалости после долгих просьб и молений, а качественным отборным посевным зерном, плуги и прочий инструмент так же крестьяне в Рассате закупали, а там хоть княжество и мелкое, но за качество стоят, и служил рассатовский скарб не одному поколению. Не то что в других деревнях, где крестьянин по четыре плуга за жизнь сменял, разоряясь каждый раз на покупку нового. И королю бы радоваться тому, что Седые Веды исправно налог платят, и не малый, но нет, нашему Умарху жадность глаза застила, в итоге… А радовалась я вот чему — теперь, когда все известно стало, я понадеялась, что отменит он приказ свой, может, даже объявит, что клевета это, ложь и навет… Иначе ведь народ не глуп, сообразят люди, что очень уж странно однажды загорелись Козловы Кряжи.
Огонь-то погасили, на людское счастье рассатовские маги там рядом как раз практику своим первогодкам-стихийникам устраивали, вот совместными силами ливень и организовали, а если бы не они…
А потом до меня дошла прописная истина — не станет король отказываться от своих планов из-за огласки! Потому что огласки никакой не будет — нас всех просто поубивают!
Но уже в следующую секунду я узнала — что таки нет, таки мы будем жить.
Недолго и вряд ли хорошо, но будем.
Потому что на магическом полотне появилась новая запись, и гласила она следующее:
«Я, король Умарх Третий, милостью и величием своим повелеваю — привлечь студентов Университета Магии для составления карты поселений Горлумского леса!»
Далее подпись, дата…
Стало окончательно ясно, что за заклинание применил Горски.
На магическом полотне появлялось содержание всех документов, к которым, видимо, за последние дни прикасался королевский гонец."
"Ну вот, собственно, после этого бежать уже вообще не имело смысла, и, отойдя к скрытой за деревьями скамье, я села, кутаясь в плащ и в очередной раз мысленно поблагодарив Камали за такую потрясающую вещь — в этом плаще никогда не было холодно.
Зябко по причине того, что ветер дул на лицо, но холодно — никогда. И в новых сапогах ноги никогда не мерзли, так что в зимнем саду на покрытой снежным настом скамейке я устроилась даже с комфортом, и принялась ждать.
Долго ждать не пришлось — не прошло и получаса, как ворота распахнулись и во двор университета въехал отряд королевских дознавателей.