Из-под драного дерматина торчали желтые клочья минеральной ваты, дверную обивку словно рвали когтями. Матильда остановилась на пороге, и Славик на всякий случай шепнул:
— Входи. Везде входи, где хочешь… — И хотел добавить, что вот туда он точно не пойдет, но Матильда уже скрылась в темной прихожей."
"Интересно, чувствует ли она холод, размышлял Славик, тщательно фиксируя на видео стены с полуободранными обоями, вешалку, на которой смерзлась в единый ком одежда, вздыбленные половицы и тусклое овальное зеркало.
Заглянув в одну из комнат, Матильда выдохнула вместе с облачком пара что-то ругательно-восхищенное.
Комната была завалена вещами. Посуда, детские игрушки, книги, одежда, разнокалиберные безделушки, флаконы, украшения, туфли — чего здесь только не было. Зов гигантского портала заглушал все, но Матильда уже не чутьем, а разумом понимала, что все это — вещи не в себе. Иначе и быть не могло, никто и ничто не может сохранить себя в подобном месте. Натянув рукава на пальцы, Матильда принялась сгребать в рюкзак все подряд, стараясь не касаться предметов голыми руками.
Она думала не о чувственных проявлениях и прочих неприятностях, которые таились в этих куклах и чашках, а о том, как вывалит свою добычу перед держателем кассы, и тот, протянув удивленно свое вечное «А-а», без лишних слов вернет ей склянку.
Славик заглянул в соседнюю комнату, и там тоже оказались залежи вещей. Особенно его поразил гордо задравший руль к потолку детский велосипед, который кто-то затащил на вершину горы из промерзшего хлама, к самой люстре.
Пожелтевшая люстра с прозрачными пластмассовыми подвесками напоминала каскад из сосулек и смотрелась слишком громоздко для тесной комнатки с низким потолком. Пытаясь заснять все это получше, Славик наступил на магнитофонную кассету, жалобно хрупнувшую под подошвой.
Ближайшая груда предметов зашевелилась, осыпалась, и из-под нее кто-то вылез. Фигура встала вертикально, как человек, но она была чересчур объемной для него, с массивной круглой головой и толстыми лапами.
Вытянув лапы перед собой и угрожающе ворча, она двинулась на Славика.
— Матильда! — привычно заорал тот.
Вылетев в коридор, Славик, к своему ужасу, обнаружил, что Матильда тоже пятится в прихожую от еще более крупного, тяжело переваливающегося с лапы на лапу существа. Матильда шипела, ее глаза светились в полутьме, но существо нисколько не боялось. Славик, запустив руку в карман, с размаху швырнул ему в морду горсть мелочи.
