Я до сих пор помню, как раньше отец и сын ненавидели друг друга."
"«Вам следует отдохнуть», - прошептала я, поправляя его простыню.
Его глаза были уже закрыты. Через несколько минут его дыхание выровнялось. Я знала, что он спит. Вскоре мои глаза стали тяжелыми. Последнее, что я помнила, как я смотрела на спящую фигуру Льва, думая, насколько отец и сын похожи друг на друга.
Я проснулась от толчка, когда почувствовала, что кто-то обхватил меня руками под коленями. Мои глаза расширились, когда меня поднял Алессио. Он прижал меня к груди, и я инстинктивно положила голову ему на плечо.
Я сонно бормотала и снова закрыла глаза. «Я сказал тебе лечь спать, Ангел», - предостерег он. «Ты просидела в этом кресле несколько часов. Ты никогда не слушаешься. Это вредно для тебя, и для ребенка.»
«Я в порядке», - пробормотала я, держась за его шею.
«Я несу ее наверх», - услышала я слова Алессио. Открыв глаза, я увидела, что Лев не спит. Он кивнул Алессио и послал мне легкую улыбку.
Алессио не стал ждать, пока я попрощаюсь; он уже выносил меня из комнаты.
«Ты такая упрямая. Сколько раз я должен тебе говорить? Тебе нужно лучше заботиться о себе. Ты хоть ела? Блять, Айла. Пожалуйста, скажи мне, что ты что-то ела».
Я вздрогнула от напоминания. Он начинал сердиться. - Айла, - предупреждающе прорычал он. «Ты ела?»
Я сжала губы, отказываясь отвечать. Он разочарованно фыркнул, но промолчал. Я взглянула на его лицо и увидела, что его губы сузились в гневную прямую линию.
Я поцеловала его в шею. «Пожалуйста, не сердись».
«Я не сержусь.»
Я закрыла глаза. Он определенно сердился.
Дойдя до нашей спальни, он не включил свет. Алессио уложил меня на кровать и накинул на меня одеяло. Он забрался в кровать и заключил меня в свои объятия.
Он держал меня спиной к себе. Его рука легла мне на живот, а я положила свою руку на его.
В голове горел один вопрос.
Его не было несколько часов.
«Он мертв?»
Вопрос был шепотом в темноте, но мое сердце болезненно колотилось в груди.
«Нет», - ответил он.
Мое дыхание прервало меня с громким свистом.
Моя рука сжалась вокруг его, моя грудь стала тяжелее.
«У него не будет легкой смерти, Ангел».
Я прикусила губы, закрывая глаза от его слов.
Я не знала, чувствовала ли я облегчение или что-то еще.
«Спи. Я не хочу, чтобы ты об этом думала. Мы не будем говорить о нем в нашей постели», - сказал Алессио. Его голос звучал мягко в моих ушах, но я знала, что внутри него подпитывался гнев.
Он был злым человеком, движимым яростью и местью.
