Мои действия были совершенно бессознательными. Как будто это было заложено в моей голове.
«Спи, Ангел. Я буду присматривать за тобой».
Спи, Ангел. Я буду присматривать за тобой.
Я его ненавидела. Я ненавидела его голос. Я ненавидела воспоминания, которые он принес.
Но я также ненавидела то, что хотела эти воспоминания.
Хотя я ненавидела все это глубоко внутри, я жила этими крошечными проблесками своего прошлого.
Глава 9
Алессио
Я почувствовал, как Айла перевернулась в моих руках. Она почти сонно вздохнула и глубже зарылась в мои объятия.
Открыв глаза, мое зрение все еще было затуманено сном, я уставился на нее.
Она мирно спала - противоречивый образ после кошмара, который ей приснился всего несколько часов назад.
Прошло несколько дней с тех пор, как она заговорила, но с тех пор каждую ночь ее мучили кошмары.
Она снова чувствовала. Ее эмоции были небольшими, почти незаметными, но определенно присутствовали. Доказательством тому были кошмары.
Айла подумала, что было бы лучше оставаться в онемении, не осознавая, что она медленно разрушает себя, ничего не чувствуя.
Ей пришлось выпустить это наружу. Я не останавливался, пока не сломал каждую стену вокруг ее сердца.
«Доброе утро, Ангел», - прошептал я ей на ухо. Поцеловав ушко, я приподнялся на локтях. Она снова вздохнула и моргнула, открыв глаза.
Айла некоторое время тупо смотрела на меня, а затем снова закрыла глаза, отказываясь признать меня. Как каждый день.
Котенок. Как невинна. Казалось, она забыла, что я упрямый ублюдок. Она могла драться со мной сколько хотела, но в конце концов я победил бы.
Я выигрывал раньше. Я собирался снова выиграть.
«Уже поздно. Тебе нужно проснуться и поесть, - подтолкнул я, целуя ее в нос.
Я заметил, что она наморщила нос, и снова открыла глаза.
Айла вышла из моих объятий и изо всех сил пыталась сесть. Положив руку ей за спину, я помог ей.
Я положил ладонь на ее твердый живот. Когда я почувствовал удар, я улыбнулся. Невозможно было не сделать этого. «Доброе утро тебе тоже.»
Айла попыталась отодвинуться от моей руки, но я сильнее прижал ее к ее животу, чувствуя, как ребёнок тренируется в игре по мишеням.
Я убрал руку, и Айла положила свою руку на животик, защищая его. По крайней мере, она признавала ребенка.
Я смотрел на Айлу, пока она не отвела взгляд. Иногда она проявляла тонкие эмоции, но они быстро уходили.
Она боролась с собой.
Я догадался, что мне тоже пришлось бороться с ней.
Тогда я двинулся быстро, удивляя даже себя. Я всегда был терпеливым.
