Иногда она ложилась рядом со мной и на несколько часов оставляла руку на моем животе, пока я не засыпала.
Она всегда находила возможность прикоснуться к моему животу и почувствовать движение ребенка.
Теперь я поняла, зачем она это делала.
Я положила свою руку на ее руку, мы обе держали принцессу. «Они бы выросли вместе», - прошептала я.
Мэдди кивнула. «Они бы выросли. В идеальном мире я вижу, как они играют вместе. Ссорятся. Смеются. Но всегда любят друг друга. Может, даже сыграли бы свадьбу позже».
Мой подбородок дрожал от попытки сдержать слезы.
Я должна быть сильной… ради Мэдди.
«Они были бы неразлучны», - продолжила она.
«Мэдди», - успокоила я.
Мы молчали несколько минут, мы оба потерялись в идеальном мире, который мы себе представляли.
«Я больше не могу иметь детей.»
Мои глаза открылись при ее словах. Мое сердце возможно перестало биться на секунду, а затем оно ударилось о мою грудную клетку сильнее, чем раньше.
«Что?» - пробормотала я.
«Из-за рака для меня было практически невозможно иметь детей.
Я давно отказался от надежды. Но потом это случилось. Я забеременела, и я была так счастлива, Айла. Так чертовски счастлива. Это было чудо. Я собиралась родить ребенка», - замолчала она в конце.
Громкое рыдание сотрясло ее тело. «Потом его забрали у меня. Оторвали от меня. А потом я узнала, что больше не могу иметь детей. Пуля повредила мою матку. Я больше не смогу ... выносить ... ребенка.»
«Нет», - сказала я в полном ужасе.
Мэдди кивнула. «Меня ранее лишили способности иметь ребенка.
Мне был дан один шанс, и он тоже был у меня оторван».
Ее слезы залили мою шею и платье. Мои собственные слезы оставили мокрый след по моим щекам.
Как Мэдди удерживала все это так долго?
Мое сердце болело за нее.
«Знаешь, Айла, с тех пор как я его потеряла, я задавалась вопросом… почему я? Почему мне пришлось потерять ребенка?»
Я хранила молчание, но мои руки не переставали ласкать ее спину, успокаивая ее своим прикосновением, когда мои слова меня подводили.
Мэдди отвела лицо от моей шеи и посмотрела на меня. Я смахнула ее слезы, и она зажмурилась. «Так должно было быть. Я рассматриваю это как жертву. Это единственный способ справиться с этим. Когда я говорю это вслух, это звучит странно». Она сухо усмехнулась. «Потеряв моего ребенка, мы вернули тебя».
Слова ударили прямо в меня, и я уставилась на нее широко раскрытыми глазами. «Так и должно было быть. Я хочу верить, что приложила руку к твоему спасению.
