— Потому что в гардеробе сидит привиде-е-ение!
Тётушка и дядюшка Карлссоны тоже прибегают вместе с Турэ узнать, что случилось.
— Дорогое дитя, у нас на Яблоневом Холме нет никаких привидений, — успокаивает девочку тётушка Карлссон.
— Есть, полны гардеробы! — ревёт Лизабет — И я хочу домой!
Мадикен ужасно стыдно за неё и жаль Карлссонов. Они все четверо так добры, так озабочены, но не знают, что делать.
— Пойду позвоню Альве, — говорит Майя.
— Да, и скажи ей, что я хочу домой, — рыдает Лизабет.
Дядюшке Карлссону её очень жаль.
— Не плачь, дитя моё! Ясное дело, ты поедешь домой, для этого совсем не нужно плакать.
И когда Майя, поговорив с Альвой, возвращается в комнату, желание Лизабет исполняется. Турэ идёт запрягать Конке. Бедный Турэ и бедный Конке, они целый день надрывались на работе, а теперь, ночь-полночь, должны снова отправляться в путь, чтобы отвезти домой двух глупеньких маленьких девочек. Какое счастье, что на Яблоневом Холме все такие добрые!
Мадикен стыдно, ну конечно, стыдно, и всё-таки она рада, когда телега, где сидят они с Лизабет, выкатывается из ворот дома на Яблоневом Холме.
Она машет рукой тётушке Карлссон, и дядюшке Карлссону, и Майе, которые стоят у ворот, машут девочкам вслед и смеются своим удивительным яблоневохолмским смехом. Лизабет не оборачивается, да и махать тоже не хочет.
— Спасибо за ракушку! — кричит Мадикен в тот момент, когда их повозка уже готова исчезнуть за поворотом у скотного двора.
Тогда, наконец, Лизабет оборачивается и, размахивая рукой, кричит:
— Спасибо за петуха!
Она подносит к губам свистульку и так дует в неё на прощанье, что лошадь с перепугу лихо пускается вскачь.
…Оказывается, нет на земле места столь прекрасного, как Юнибаккен, Там можно купаться, качаться на качелях, играть в крокет, поливать огороды, обмолачивать ежей и вообще веселиться. А ещё там есть Альва, которая понимает, что они не могли дольше оставаться на Яблоневом Холме.
— Но всё-таки мне интересно, что скажет на это ваш папа, — бормочет Альва, укладывая девочек в постель.
— А я ему тогда расскажу, что у них там в гардеробах полным-полно привидений, — говорит Лизабет, обнимая свою подушку. Свою собственную подушечку, самую лучшую на свете!
— Ох, как ты наивна! — замечает Мадикен — Но знаешь, Альва, на Яблоневом Холме столько опасностей! Спроси маму. Нам просто повезло, что мы вернулись домой живыми и невредимыми.
