- Пошёл ты, Яр, - бросил он, засовывая ногу в раструб джинс, - ты у меня на глазах сколько перетрахал баб? А мужиков? Да даже эта твоя долбанная тюрьма из-за чего?..
Яр приподнялся и, схватив Андрея за щиколотку, зафиксировал её, не давая Андрею продолжать.
- Я с этим мальчиком – не спал. И не убивал. Он слишком похож на тебя.
- Да ты даже с подобием моим не стал бы спать! Это просто охренеть! – Андрей дёрнул ногу на себя, и Яр всё-таки отпустил его – но только затем, чтобы вскочить на ноги и перехватить его за плечи.
- Андрей! – рявкнул он.
- Что? Что «Андрей»? – передразнил тот. – Честное слово, ты меня уже заебал.
- Ты можешь просто сказать – да или нет?
- Нет! Нет – не собираюсь ни в чём отчитываться перед тобой, - Андрей задрал голову, чтобы видеть его глаза. – Ты меня бросил! Ты меня, блядь, послал! И теперь хочешь знать, был ли я верной женой – или нет!
Андрей вывернулся из его рук и, подхватив футболку, бросился прочь. Яр хотел было поймать его за руку, но потом передумал.
Подхватил собственные джинсы, натянул их. Подобрал остатки одежды и пошёл в дом.
Он был зол.
Яр сам не мог бы сказать - почему. Не мог бы даже сказать - на кого. Только знал, что в груди закипает и бесится злость.
Поначалу злость просто бурлила в нём, а потом, уже у самых дверей, он понял, что хочет сделать и что поможет ему унять эту злость – тем или иным путём.
Он поднялся на второй этаж, зашёл в комнату, которая теперь считалась комнатой Андрея, и рванул из-под кровати сумку, которую они привезли с собой.
Андрей давно уже распаковал почти всё – внутри остались лежать только запасные носки и тетради с истрёпанными уголками. Одна – совсем старая, другая – немножко целей и новей.
Яр взял их в руки, загнал сумку обратно под кровать. Спустился на первый этаж, устроился перед печкой и стал читать – подряд.
Андрей вернулся поздно. С собой у него был подстреленный из пистолета кроль и дикая морковь.
Домой он идти не хотел вообще, но в лесу начиналась гроза, а он ещё не чувствовал себя настолько уверенно в тайге, чтобы разжигать костёр и спать под проливным дождём.
Яр сидел перед печью. Андрей замер ненадолго, раздумывая, подойти к нему или сразу подняться наверх. Один только вид локтя, торчащего из-за спинки, пробуждал в груди тянущую болезненную ломоту. Злиться на Яра долго он не мог – как бы ни хотел.