Секунда, друга и раздался взрыв. Подводный взрыв гораздо опаснее надводного. Вражеский корабль почти сразу повело в нашу сторону, и он начал клониться на бок. Всё, писец котёнку, больше гадить не будет. Степан восторженно смотрел на меня. В общем, то у него не характерное поведение для капитана, он очень эмоционален, но люди за ним идут.
— Ну, что Стёпа? Пойдем, надерём задницу нашему подранку. А то я смотрел в бинокль, так они, уже новые паруса ставят.
Противнику не хватило 15–20 минут. Задержись мы подольше и нам пришлось бы опять играть в кошки-мышки.
Подошли с носа и стали обходить противника с левого борта. Когда борт стал хорошо виден, а пушки противника ещё не могли стрелять произвели пуск. Всего один, с расстояния 200 метров. Ракета ушла в воду один раз, в 5 метрах от борта корабля и ничего. Я даже успел испугаться, что сейчас нас накроют из 40 орудий, но тут прогремел взрыв. Толчок от подводного взрыва даже мы почувствовали. А чтобы противнику жизнь не казалась мёдом, всадили в борт на уровне открытых портов 20 фугасных ракетных снарядов.
Через 30 секунд противник ответил залпом из 20–25 орудий, но ядра ушли в воду. За такое короткое время корабль успел принять внутрь столько воды, что наклонился на левый борт на 5–7 градусов.
Мы устремились к «Илье Муромцу», но опоздали. Наши два артиллерийских корабля уже потопили или сожгли оставшихся противников и теперь вылавливали англичан и наших матросов из воды. Нам ничего не оставалось делать, как развернуться и сделать то же самое, с теми, чьи корабли мы потопили.
* * *"
"Мы плывём домой, Можно считать, что почти приплыли. «Илья Муромец» затонул, его не удалось спасти. В конце боя он был похож на решето. Выручил броневой пояс, иначе бы он затонул во время боя. Да ещё спасибо умной голове, что догадалась сделать бронированную крюйт-камеру. Она у «Ильи Муромца» большая, но в момент боя была пустой. Там и прятались раненные и все те члены экипажа, в ком не было необходимости на палубе.
Ещё был бронированный командный пункт. В него три раза попадали ядра. Пётр I шутил, что он как будто внутри колокола побывал. Шутить — то он шутил, а щека у него три дня дёргалась. В том бою отличились транспортные суда. Имея хороший ход, они успели на французском берегу заскочить в какую-то бухту, прежде чем их окончательно догнали англичане. Они и строились быстроходными, в ущерб грузоподъёмности. Вдобавок они были почти пустыми, что добавляло им скорости.
