Надо сказать, что накрытие было слабым, но дома, как по мановению палочки загорелись. После второго залпа, береговые батареи открыли ответный огонь. Несколько попаданий пироксилиновых снарядов 82 калибра, отрезвили противника, и он поспешил отойти, вниз по течению.
Стемнело. Бой прекратился и только пожары на берегу отбрасывали блики на водную гладь реки. В 22–30 всё руководство Архангельска собралось на совещание. Я обратился к Семёну, руководящему морской частью операции:
— Семён Васильевич, доложите коротко о положении.
У Вас, похоже, незапланированные потери.
— Да, две старые лоханки, которые должны были погибнуть, погибли. Экипажи удачно спаслись на шлюпках. Но от случайного попадания в пороховой погреб взорвался фрегат «Смелый». К сожалению, 74 человека из команды погибли. Есть потери и на других кораблях. В общей сложности мы потеряли 96 человек. В остальном всё прошло по плану. Горючие смеси в боеголовках ракет противника, оказались на основе нефти. Гадость порядочная, но до нашего «греческого огня» не дотягивает.
Обшивка кораблей медным листом, особенно палубы, дала хорошие результаты. Горящую жидкость просто смывали за борт брандспойтами. Кое-где пришлось поработать пеной и покрывалами, но всё в пределах допустимого. Мы тоже произвели обстрел простыми зажигательными ракетами. Противник понёс существенный урон но, справился с ситуацией. На основании вышеизложенного думаю, что как у военных, так и у журналистов, сложилось мнение о малой эффективности применения ракет на море. Думаю, эту часть плана мы выполнили успешно.
Я пробежал глазами по рапорту Семёна, как бы ища там подтверждение вышесказанному, и сказал:
— Жаль ребят, но от случайностей никто не застрахован. С береговой командой всё понятно — отработали на 5 с плюсом. А что нам скажут братья фотографы?
На мой вопрос ответил Василий:
— Петро снимал с мыса. Это для общего плана. Я снимал «зверства» на берегу. Деревенские не подвели. Как только враг прекратил обстрел, все выскочили из укрытия и отработали по сценарию.
Вы им премиальные выпишите. Отыграли как по нотам. Мы уже успели проявить и сделать фотографии. Прошу оценить нашу работу.
С этими словами он выложил на стол две толстых пачки ещё сырых фотографий. В первой, были фотографии дальнего вида — от появления противника на горизонте, до взрывов и пожаров на берегу. Во второй пачке была «художественная фотография», если про неё можно так сказать. Вот мать, на фоне горящего дома «убивается» над погибшей маленькой девочкой.
