Текст листовок был прост. «Хотите жить? Бросайте оружие и двигайтесь дальше по дороге. Раненым окажем помощь».
Первые пленные появились в этот же день. Решающим фактором сдачи в плен послужил слух о том, что возвращаться некуда, флот уничтожен. Ещё один день наши соколы гонялись за отступающими войсками, после чего, сдача в плен приняла массовый характер. Нам здесь делать стало нечего. Оставили четыре У-2, для дальнейшей зачистки местности, отдали соответствующие распоряжения и убыли в Москву.
* * *Дмитрий.
"
"Эх, ухари. Забрали себе всю летающую технику, под предлогом, что в Москве и так много войск, да ещё прибудет не меньше, и умотали в Новгород. А я что сиди и дожидайся супостата? Сейчас в столице и его окрестностях располагается 12 полков, а это более 8 тысяч человек, да ещё столько же прибудет в течении недели. В общем-то, тех, кто направляется к нам из Архангельска, боятся нечего. Их там, около 15 тысяч. Точнее вышло столько, а сколько дойдёт неизвестно. Травматизм и болезни никто не отменял.
Да и 3 сотни казаков, что случайно оказались в Москве, в поисках службы, пригодились. Отослал их всячески пакостить неприятелю. Дал им ранцевые ракетные установки, которые они разместили на пристяжных. Не так много как хотелось, но и 6 сотен ракет, если их разумно и бережно использовать, могут много неприятностей наделать. Особенно если их по ночам использовать. Не выспавшийся солдат, это половина солдата.
Распределил, раздал указания, а сам в самолёт и в Архангельск.
Откуда самолёт? Да был тут один У-2, который пригнали для юных авиаторов. Из первых модификаций. Разбитый, заплата на заплате. Видно не раз его об землю прикладывали. Но мне его подлатали за день, а главное движок поменяли. Ничего, главное мою тушку, вместе с пилотом в воздух поднимет и на том спасибо. Грузоподъёмность у него никакая.
Худо-бедно, но уже вечером, 4 августа я был в крепости Архангельска. Вражеские сухопутные войска ушли к Москве, даже взвода не оставили.
Оно и правильно. Не оставлять же здесь треть войска, а меньше нельзя. Зато флот стоял на якорях недалеко от устья Северной Двины, перекрывая выход из всех трёх рукавов — Никольского, Мурманского и Корабельного.
Воеводу Льва Пётра Григорьевича нашла шальная пуля и теперь он лежал в лазарете. В первую очередь навестил его и пожелал скорейшего выздоровления. Заместителем воеводы был Мишка Хмельницкий. Молодой, но с головой.
