Но парень не собирался оставлять здесь деньги. Он поднял руку на уровень глаз, направив ее в сторону помойки. Затем растопырил пальцы и резко сжал их в кулак.
Тяжелый железный бак, повинуясь его воле, взмыл в воздух и с дикой скоростью устремился в сторону оборотня. Он сшиб Багадирова с ног и утащил его за собой обратно в темный переулок. Из-за угла раздался оглушительный грохот и звериный вой, полный боли и ярости.
Глава двадцать четвертая
Новая способность
Антон подобрал свой пакет и улыбнулся Татьяне.
– Теперь можно не торопиться, – слабым голосом проговорил он.
– Наоборот!
Татьяна раздвинула обрывки куртки и взглянула на его раны. Грудь и живот Антона пересекали четыре глубокие рваные борозды. Из порезов сочилась кровь, причем в таком количестве, что без врачей было не обойтись.
– Тебе в больницу надо! – воскликнула Татьяна.
– Смеешься, что ли?! – скривился Антон. – Никаких больниц! Они обязательно сообщат моим родителям. А папаша и мамаша думают, что я сейчас мирно лежу в своей постельке и вижу десятый сон!
– Но что же нам делать? Ты сейчас сознание потеряешь!
– Нам просто нужно немного отдохнуть.
Антон огляделся по сторонам. Их окружали гаражи и темные панельные пятиэтажки.
– Зайдем в какой-нибудь подъезд, – предложил он.
– Они все закрыты!
– Для меня это не проблема, – улыбнулся парень.
Они подошли к металлической двери ближайшего подъезда, и Антон одним движением руки вскрыл кодовый замок: просто положил пальцы на цифровую панель, и защелка с лязгом открылась. Войдя в подъезд, они поднялись на второй этаж, и обессиленно уселись прямо на лестнице.
Антон привалился спиной к стене и устало закрыл глаза.
– Самый жуткий вечер в моей жизни, – изрек он. – За последние две недели.
– Что, бывало и похуже? – осведомилась Татьяна.
– Ага, – кивнул он. – Причем не так давно.
Татьяна ощутила знакомое тепло, разливающееся по телу, поднимающееся к голове. Она осторожно ощупала свою щеку. Кожу нестерпимо жгло, наверное, царапина, оставленная оборотнем, уже затягивалась.
Она вытащила из кармана носовой платок и вытерла с лица кровь.
Антон изумленно округлил глаза.
– Твоя рана исчезла, – тихо сказал он. – Только что была… а теперь ее нет.
– Не только у тебя есть необычные таланты, – спокойно сказала Татьяна.
– Ясно, – кивнул Антон. – Мне бы так. А то что-то совсем худо. Он распахнул куртку и опустил глаза на свой изорванный живот.
– Неприятное зрелище… – пробормотал он.
Затем вдруг закатил глаза и съехал по стене на пол.
