– За два месяца с голоду не умрешь, я проверил баланс твоей карты! У тебя там около ста тысяч, на восемь недель точно хватит, если не транжирить, всяких сучек по клубам не водить и питаться не сырокопченой колбасой в прикуску с икрой, как ты это делаешь!
Заставляю себя несколько раз глубоко вздохнуть, прежде чем ответить, но отец меня опережает:
– И еще… Евдокия к тебе эти два месяца тоже ходить не будет, понял? Раз я лишаю тебя содержания, платить домработнице за уборку твоей квартиры точно не стану! Будешь прибирать и готовить сам!
– Бать, ну ты еще возьми и веревку мне на шею закинь да подвесь на лестнице! Чего уж там… Денег нет, еды нормальной тоже… Последние каникулы проведу на производстве, нормально…
– Будешь выпендриваться, еще и машину заберу! – добивает он меня последним аргументом.
– Ишь ты, на жалость решил надавить! С детства на всем готовом… Трехкомнатная квартира в центре ему родимому, машина, брендовые шмотки, содержание ежемесячное… Тебе, студенту желторотому, не жирно? Ты чем это всё заслужил? Хорошей учебой? Что-то не видно! А как кучу бабок просвистеть на новогодние праздники – это мы герои… Ну что, не передумал в партизана играть? Может, объяснишь отцу, что случилось?
– Бать…
Он хмурится, упирает руки в боки и продолжает:
– Всё вышеперечисленное вступает в силу ровно с этой минуты, понял?
– Куда уж не понять… – хмурю брови ему под стать.
– Живи экономно и учись хорошо… Чтобы диплом защитил на ура, иначе завод отдам Артёму, так и знай! Парень-то старается!
– Бать, ну опять ты… – развожу руками.
"
"– Не опять, а снова! Твоему брату всего восемнадцать, а ума у него побольше твоего! По клубам не шастает, идет на серебряную медаль, в МГУ метит, не то что некоторые… Батя пропихнул в местный вуз на экономический, он и рад…
«Сел на любимого коня и погнал, не разбирая дороги…»
Глава семейства в своем репертуаре. Решаю хоть немного его осадить:
– Ты сам говорил, незачем мне в Москву, что и здесь образование получить можно, чтобы как ты…
– А ты меня с собой не сравнивай! – сверкает он глазами.
И тут мы оба вздрагиваем при звуке открывающейся двери. Даже не заметили, как к кабинету подошла мать.
– Владик, ты? Я голос услышала… Витя, чего не сказал, что сын приехал! – она спешит ко мне, видит мое разбитое лицо, замирает на полпути и вскрикивает: – Ой, сыночек, солнышко, что с тобой сделали…
– Мам, спокойно, всё не так плохо, как кажется, – стараюсь ее успокоить.
– Мария, выйди, мы с ним еще не договорили! – кричит на нее отец.
