Так что советую сотруднику станции заткнуться и оставляю его на месте, сам перемещаясь ко входу и наблюдая за соседним помещением.
На то, чтобы объяснить своей «коллеге по цеху» ситуацию, у Лилу уходит около пятнадцати минут. После этого обе девушки возвращаются и напарница коротко докладывает о том, что они готовы выдвигаться. Кивнув ей, перевожу взгляд на пленника. За прошедшую четверть часа, я больше не смог придумать новых вопросов, так что действительно можно продолжать движение. Остаётся вопрос, что делать с быстро регенерирующим пленным.
Лилу, проследив за моим взглядом, тихо уточняет.
— Он же всё равно останется в живых, даже если нанести тяжёлые повреждения.
Поняв, что она имеет в виду, с усмешкой отвечаю.
— Если верить его словам — да.
Судя по долгому взгляду, которым напарница одаривает куратора сектора, в голове у неё крутятся весьма интересные мысли. Наконец, оторвавшись от него, она переводит взгляд на меня и просит разрешения «вывести пленника из строя» самостоятельно.
После того, как даю добро, направляется к нему, на ходу доставая нож.
Тот немедленно начинает кричать, что ему обещали жизнь. В ответ на что, андроид озвучивает фразу о том, что мужик в любом останется живым. Но вот не делать ему больно никто не обещал. На секунду сотрудник «Вечности» затыкается, но скоро опять орёт благим матом. на этот раз из-за лезвия ножа, вошедшего ему в ногу. Лилу ожесточённо работает оружием, буквально разделывая его на месте. Девушка вырезает куски мяса с бёдер и рук, срезает кожу с тела, один за другим, выкалывает глаза.
На то, чтобы полностью освежевать этого типа, у андроида уходит, от силы, минут десять.
Наконец разогнувшись, она вытирает нож об лежащий на столе халат и поворачивается ко мне, выдавая фразу о том, что теперь готова отправляться.
Глава XVII
Впрочем, перед тем, как отправляться, сначала приходится одеть нового члена нашей небольшой команды. Она, судя по всему, готова идти прямо так — голышом. Но окинув приближающуюся обнажённую девушку взглядом, я останавливаю обоих андроидов и советую подобрать что-то из одежды для свежеиспечённого бойца.
Во-первых, из чисто практических соображений, чтобы защитить тело и иметь возможность вооружиться. А во-вторых, чтобы постоянно не отвлекаться на маячащие рядом женские прелести. Пока разглядываю новенькую, машинально отмечаю факт отсутствия волос на теле. Сначала понимаю, что их нет на лобке и ради интереса, полностью прохожусь по ней взглядом.