Судя по всему, бегут, потеряв лидера и «гвардию». Плюс, мы выбили изрядное количество их союзников-людей. Но и сами понесли немалые потери. Вокруг всё завалено трупами, в воздухе стоит плотный запах палёного мяса, смешанный с ароматом пороха и вонью дерьма.
Тяжёло поднявшись на ноги, поворачиваюсь в сторону солдат за «железкой». Часть смотрит на меня с явным испугом. Несколько, с таким же выражением лица пялятся на «Урана». Металлический корпус робота залит кровью, в руках пулемёт. Судя по его позиции, он не уверен, в какую сторону может потребоваться стрелять.
Делаю шаг в его направлении, приближаясь. Кто-то из бойцов пятится задом, отступая от железной дороги.
Откуда-то сбоку вдруг появляется Павел. Окидывает пространство вокруг взглядом и что-то запрашивает по рации. Через несколько минут рядом тормозят два внедорожника. Из одного выбирается Кира, из второго -
Руслан. С каждым по несколько бойцов. Вижу, как они о чём-то переговариваются. Пытаюсь стереть с лица кровь, но делаю только хуже.
Развернувшись, направляюсь к «Бродягам». Нужно выяснить ситуацию с потерями.
Но все трое уже движутся ко мне навстречу.
Первым начинает говорить Руслан.
— Командир, тебе бы подлечиться. В клинику надо.
Смотря на него, хочу ответить, что я ещё вполне могу функционировать. Через секунду понимаю, что слова прорываются наружу с серьёзным трудом. Парень, добавляет.
— Уроды эти отступили, линию обороны выравниваем. Мы с Анной пока примем командование на себя. Подлечись и возвращайся в строй.
Всё-таки выдавливаю из себя одно слово.
— Потери?
Все трое переглядываются между собой. На этот раз отвечает Павел.
— Данил ранен. Одна рука в фарш. Его уже везут в клинику. Анну только слегка зацепило. У Яны прострелена нога, тоже сейчас едет в клинику. Остальные отделались мелочью. По стажёрам уточняем. Пока подтверждённых «двухсотых» — семеро.
Перевариваю информацию. Получается, основной состав уцелел. Надо радоваться, но такое чувство, что сейчас я не способен испытывать какие бы то ни было эмоции.
Пытаюсь кивнуть и заливаю себе глаза кровью. Да, откуда её столько? Все ранения вроде бы ниже. Снова протираю глаза, пытаясь в этот раз не ухудшить ситуацию, и следую за Павлом, обещающим доставить в клинику.
Когда трогаемся, внутри мелькает странная мысль — а что, если это заговор? Они сейчас грохнут «Урана», а потом завалят меня около клиники? Следом за ней, приходит не менее странное решение — подорваться гранатой.